— Это была похвала, — возразила Обара. — Откладывай, запутывай, увиливай, прикидывайся и мешкай, как тебе нравится, дядя, но сир Бейлон должен встретиться с Мирцеллой лицом к лицу в Водных Садах. Ему очень понравится, что у неё нет одного уха. А потом девочка расскажет, как твой капитан раскроил Ариса Окхарта от шеи до паха с помощью своей стальной супруги, затем…
— Нет, — принцесса Арианна встала с кушетки и положила руку на плечо Хотаха. — Всё было не так, кузина. Сира Ариса убил Герольд Дейн.
Песчаные Змейки переглянулись.
— Тёмная Звезда?
— Его зарубил Тёмная Звезда, — повторила маленькая принцесса, — а ещё пытался убить принцессу Мирцеллу. Вот что девочка расскажет сиру Бейлону.
— Последнее, по крайней мере, правда, — улыбнулась Ним.
— Всё правда, — сказал принц, содрогнувшись от боли.
— Сир Герольд бежал в Горный Приют, за пределы нашей досягаемости.
— Тёмная Звезда, — хихикнув, промурлыкала Тиена. — Почему бы и нет? Это его рук дело. Но поверит ли сир Бейлон?
— Поверит, если услышит это из уст Мирцеллы, — повторила Арианна.
Обара недоверчиво фыркнула:
— Она солжет сегодня, завтра, но рано или поздно скажет правду. Если позволить сиру Бейлону унести историю обратно в Королевскую Гавань, то забьют барабаны и потекут реки крови. Нельзя позволить ему уйти.
— Конечно, можно его прикончить, — сказала Тиена, — но тогда придется убить и свиту рыцаря, даже молодых сладеньких оруженосцев. Это было бы… неаккуратно.
Доран прикрыл глаза и снова открыл их. Хотах видел, как у принца под пледом дрожит нога.
— Не будь вы дочерьми моего брата, бросил бы вас троих в темницу и держал там, пока не истлеют ваши кости. Вместо этого я намереваюсь взять вас с собой в Водные Сады. Там вы получите несколько уроков, если у вас хватит ума их увидеть.
— Уроки? — откликнулась Обара. — Всё что там можно увидеть — голенькие детки.
— Да, — ответил принц. — Я рассказал сиру Бейлону историю, но не всю. Пока ребятишки барахтались в прудах, Дейенерис наблюдала за ними, сидя в тени апельсиновых деревьев, и на неё снизошло озарение. Она не могла отличить знатных отпрысков от простолюдинов. Голые, они были всего лишь детьми. Все невинные, уязвимые, заслуживающие долгой жизни, любви и защиты.
Я не слепой или глухой. Знаю, что все вы считаете меня слабым, трусливым и безвольным. Ваш отец знал меня лучше. Оберин был змеем — смертоносным, опасным, непредсказуемым. Никто не смел на него наступить. Я был травой — мягкой, приятно пахнущей и колеблющейся под любым ветерком. Кто же боится пройтись по траве? Но трава прячет змея от врагов и скрывает до поры его бросок. Ваш отец и я работали теснее, чем вам известно… но сейчас он мертв. Но вот вопрос, могу ли я доверять вам, его дочерям, и будете ли вы служить мне так же, как он?
Хотах изучал каждую по очереди. Обару — с грязными ногтями и обветренной кожей, с сердитыми близко посаженными глазами и каштановыми волосами. Нимерию — томную, элегантную, с золотистой кожей и длинной черной косой с вплетённой в нее красно-золотой лентой. Тиену — голубоглазую и светловолосую, тонкорукую и хихикающую, похожую на подростка.
Она-то и ответила за всех.
— Трудно сидеть сложа руки, дядя. Дай нам задание, любое, и ты увидишь, что мы настолько верны и послушны, о чём только мог мечтать любой принц.
— Рад это слышать, — ответил Доран, — но слова — ветер. Вы дочери моего брата, и я люблю вас, но усвоил, что не могу вам доверять. Я хочу услышать клятву. Присягнёте ли вы мне, и станете ли слушаться?
— Если необходимо, то да, — подтвердила леди Ним.
— Тогда прямо сейчас поклянитесь могилой вашего отца.
Лицо Обары потемнело.
— Не будь ты моим дядей…
— Но я твой дядя. И твой принц. Клянись или убирайся.
— Я клянусь, — произнесла Тиена, — могилой моего отца.
— Я клянусь, — повторила Нимерия, — Оберином Мартеллом, Красным Змеем из Дорна и лучшим человеком, чем ты.
— Да, — последовала их примеру Обара, — я тоже. Отцом. Клянусь.
Часть напряжения, сковывавшего принца, исчезла. Он откинулся в кресле, протянул руку, и принцесса Арианна взяла его за руку, встав рядом.
— Скажи им, отец.
Принц Доран глубоко вздохнул.
