Вчера Стив передал Старику по телетайпу очередную порцию сенсаций. Хороши будут мины Пэнки и Крукса, когда они развернут сегодняшние утренние газеты. Неплохой соус к тому, что писали в Куала-Лумпуре и что, конечно, уже попало в нью-йоркскую прессу. Стив еще раз пробежал глазами жирные заголовки, которыми пестрела лежащая у него на коленях газета. "Кровопролитные столкновения религиозных общин в Сингапуре", "Подробности ночной резни", "Сотни убитых и раненых", "Разрушена святыня буддистов", "Губернатор ввел чрезвычайное положение", "Британский министр по делам колоний летит в Сингапур", "Невинные жертвы религиозного фанатизма". Последняя заметка в нижнем правом углу полосы - конечно, информация для того, кто заварил всю эту кашу. Особенно последние строки: "В числе невинных жертв резни, устроенной религиозными фанатиками, оказался Цезарь Фнгуранкайн-младший - вероятный наследник мультимиллиардера Фигуранкайна, недавно погибшего в авиакатастрофе".
Вот так - вероятный наследник...
Стив постучал ладонью по газете:
- Читал, конечно?
- Отвяжись.
Стив посмотрел на своего соседа. Цезарь сидел нахохлившись, втянув голову в плечи, и глядел прямо перед собой широко раскрытыми, немигающими глазами. Он даже не расстегнул стартовые ремни. Теперь, без бороды, он казался старше своих лет, а запавшие бледные щеки придавали лицу нездоровый, изможденный вид.
- Напрасно переживаешь,- шепнул Стив. - А это,- он снова постучал по газете,- работает на нас.
Цезарь ничего не ответил, продолжая глядеть в одну точку.
- Ну не сиди ты, черт побери, как сова, страдающая запором,- не выдержал Стив.- Пойми, ты привлекаешь к себе излишнее внимание. Ничего с ней не случится. С Тео она в гораздо большей безопасности, чем была с тобой...
Цезарь молча покачал головой и принялся медленно расстегивать привязные ремни.
- Выпьешь что-нибудь?
- Нет.
- Выпьешь! Тебе это сейчас необходимо.-Стив нажал кнопку вызова.
Миловидная, совсем молоденькая японочка-стюардесса возникла тотчас же.
- Два коньяка и пачку сигарет.
- Благодарю вас. Сейчас.
Коньяк и сигареты появились через мгновение.
- Выпей... За успех предприятия!
Цезарь нерешительно взглянул на коньяк и молча покачал головой.
- Ну ладно, черт с тобой! Не хочешь за успех, выпьем за удивительную женщину, которая неизвестно что нашла в тебе.
Цезарь чуть заметно усмехнулся и взял рюмку тонкими бледными пальцами.
- Если бы не она...- Он вздохнул.
-- Догадываюсь...
- Я познакомился с ней несколько лет назад в Оксфорде и сразу потерял голову. Вокруг Райи крутилось тогда множествo таких, как я, но она никому не отдавала предпочтения... Потом она уехала в Индонезию. Я поехал за ней... Это было уже после окончательного разрыва с отцом... Я был без средств, без планов на будущее, даже без надежд, но мне светила одна звезда - Райя... Я отыскал ее на Вали... И произошло чудо... Сам не понимаю.-Он покачал головой.- Те месяцы в Индонезии - самые важные и счастливые в моей жизни... Я вдруг осознал, что достоинство и ценность человека определяются не цветом его кожи и не счетом в банке... Райя стала спутницей моей жизни... Я нашел там настоящих, преданных друзей, встретился с братом Хионгом, который открыл мне глаза на многое и указал цель поиска... А теперь - зачем я ввязался?..
- Это обсудим позже,- сказал Стив.- Сейчас Райя... Пьем за нее.-Он выпил коньяк.-Ну же, Цезарь. Вот так... А теперь крепкого кофе.
- Я хотел бы подремать.
- Успеешь. Впереди десять часов полета и ночь над Полярной Канадой. Мисс, два хороших кофе.
- Благодарю вас. Сейчас.
Стив окинул взглядом просторный салон первого класса.
Кроме них с Цезарем в заднем ряду сидели только пожилой японец, похожий на солидного бизнесмена, и японка неопределенного возраста-вероятно, супружеская пара. Мужчина дремал, женщина что-то вязала. В Токио на посадке было много пассажиров. Большинство, по-видимому, летели туристским классом.
- В Нью-Йорке ты прежде всего позвонишь Круксу,- Стив отхлебнул кофе,и условишься о встрече. Надо коечто обговорить с ним до дня оглашения завещания.
- Если Крукс жив...
- Жив, можешь не сомневаться. После моих корреспонденции в "Калифорния тайме" дело приобрело такую огласку, что тронуть Крукса сейчас было бы непростительной глупостью. Да он и сам за это время успел принять меры предосторожности.
- А если его заставили уничтожить завещание?
- Он на это никогда не решится. Кроме того, не забывай о кассете.
- Но он-то о ней не знает.
- Зато хорошо знает о своей исповеди его преосвященству кардиналу Карлосу де Эспинозе.
- Которого не существует.
-- Почему не существует? Существует. Только настоящий кардинал понятия не имеет о Феликсе Крукее.
- Так ты не выдумал его?
- Кардинала? Нет, Он даже мой дальний родственник, хотя, скорее всего, давно забыл o моём существовании. Он такой же фанатик веры, как ты - науки.
Цезарь скривился:
- Быть родственником настоящего кардинала и заниматься журналистикой!
- А по-твоему, мне следовало пойти в монахи? Другой протекции он не оказал бы...
- Слушай, Стив,- Цезарь поставил на столик пустую чашку из-под кофе,-а этот Тео... Ты давно знаешь его?
