– А жаль. Я тоже не был. Но вот хочу рассказать, как однажды я был приглашен к своим знакомым сразу после их возвращения из-за границы. А вы никогда не были в гостях у побывавших за границей? – обратился я опять к Анне Павловне.
Она немного помолчала. По тени на лице во время ее молчания, я понял, что натолкнулся на какое-то воспоминание, заставившее ее глубины души коснуться… но, справившись с мимолетным чувством, она ответила:
– Нет, не была.
Хотя по ее лицу я видел, что она врет. И зачем меня природа одарила такой наблюдательностью? Сам не знаю. Полемика между тем продолжалась…
– Так вот, – сказал я, – сама соль в том, что когда начались обозрения всего привезенного… и эти восхваления, похвальные удивления: «Вот это вещь!»… то мне, поверьте, стало обидно, что эти люди так восхищаются заграничной вещью. Я принял эти восхваления как личное унижение себя, унижение нашего советского рабочего… И тут жена нашего героя, побывавшего за границей, принесла мужские сандалии. Скажу вам откровенно, что я был поражен изяществом, цветом и ароматом натуральной кожи, чуть не начал охать и ахать, подражая ихним излияниям душ. Но когда повернул сандаль, то четко увидел надпись: фабрика «Скороход», Ленинград. Как я обрадовался, я беспредельно был горд за изготовителя /вроде бы сам это сделал/. Поистине мастера своего дела!
Да, видите, могут делать и у нас! И чтобы мы не удивлялись хорошему, надо нам привыкнуть ВОЗМУЩАТЬСЯ. Возмущаться, когда плохо работает рядом товарищ! Возмущаться, когда плохо делаешь ты сам, он… Вот поэтому, Анна Павловна, я и буду возмущаться за это все! А вы же при том хотите приклеить мне ярлык невменяемости. Так возмущайтесь же над собой! Ведь я вскрывал неэффективность труда, приписки, авантюризм в руководстве, бюрократизм и другие изъяны…
– А разве это Вас касается? – спросила тут Анна Павловна.
– А как же, – ответил я.
– Молодой человек, перед Вами стена!
– Анна Павловна, а знаете, что на это ответил Владимир Ильич Ленин?
– Что? – задала она тут же мне вопрос.
– Стена… да гнилая, ткни и развалится, ответил Ленин. – Так сказал и я Анне Павловне.
– Так что же, Вы думаете, что наше государство гнилое? – хитро улыбаясь, спросила Анна Павловна.
– Нет! Анна Павловна, не гнилое. – тотчас ответил я. – Но я не хотел бы, чтобы на здоровом теле нашего общества образовалась плесень. А Вы как врач знаете, что любую болезнь лучше лечить в начальной форме, а не тогда, когда ее запустишь.
