— У этой скалы интересно есть название? — поинтересовался я вслух.
— Вроде нет сеньор Иньиго, — пождал плечами стоящий рядом со мной Бернард, рана которого наконец перестала его беспокоить, и он уговорил снова сопровождать меня в поездках.
— Давайте я дам этой скале романтическое имя «Скала влюблённых», и придумаю для неё грустную историю, — решил я, — чтобы после моего отъезда из Аликанте, частичка меня осталась в этом городе.
— Что за история сеньор Иньиго? — заинтересовался сеньор Габино, — буду рассказывать её своим детям и внукам.
— О двух влюблённых, — кивнул головой я, — он — приезжий слуга злого графа, она местная аристократка-красавица, которая без памяти влюбилась в прекрасного юношу. Но злобный граф не отпускал своего слугу от себя, и они должны были вскоре покинуть город, а девушке её семья не позволяла уехать вслед за своим любимым.
Все молча, даже затаив дыхание слушали мой тихий, вкрадчивый голос, даже Инэс перестала всхлипывать, чтобы меня хорошо слышать.
— Не выдержав предстоящей разлуки, — продолжил я, видя что на мне сосредоточены взгляды всех присутствующих, — одной тёмной зимней ночью, влюблённые убежали из своих домов, поднялись на эту скалу и взявшись за руки, спрыгнули в мрачную морскую пучину.
— Молю вас! Прошу! — глаза у Инэс Гордо де Сантос широко раскрылись, когда она услышала окончание этой истории, но Бернард всё понял по моему лицу, так что вышел вперёд, поднял кричавшую и брыкавшую девушку на руки и сбросил её со скалы.
Её крик недолго был слышен, только глухой удар где-то внизу о камни и тишина, которая прерывалась только свистом ветра.
— Бартоло скажите, что сеньорита Инэс, угнетаемая муками совести за то, что предала его, решила навсегда покинуть Аликанте, — мягко сказал я вслух и окружавшие меня взрослые мужчины вздрогнули от того, насколько спокойно прозвучал мой голос.
— Конечно сеньор Иньиго, — глухо отозвался Бернард, — но у нас остались ещё те, кому сеньора рассказала о вас.
— Давайте с ними познакомимся, — кивнул я и вскоре из повозок стали выносить связанных по рукам и ногам мужчин в количестве шести человек.
На моё удивление, один из них был главой этого прекрасного города.
— Сеньор Гарсия, — вздохнул я, — какая неожиданная встреча.
— Чтоб ты сдох проклятый карлик! — выплюнул он слова, но сразу захрипел и осел, поскольку один из швейцарцев коротким замахом кулака уронил его на землю.
— Я хочу умереть, как дворянин, — один из мужчин спокойно посмотрел на меня.
— Это достойно уважения, — согласился я с ним, — кто ещё?
Пожелали достойной смерти ещё трое, так что кто-то из ребят Бернарда передал ему его огромный двуручник и посадив на колени пожелавших умереть достойно, им наклонили головы. Три взмаха большим мечом и три покатившиеся головы щедро оросили кровью землю вокруг упавших тел.
Остальные, видя смерть своих подельников, попытались дергаться, но были слишком хорошо связаны, чтобы могли бежать.
— Что же, — взмахнул я рукой, словно дирижёр, — а этих трусов, просто сбросьте вниз.
Швейцарцы по четыре человека разобрали пленных и несмотря на их судорожные крики, сбросили всех с высоты в море, добавив к ним потом головы и обезглавленные тела их знакомых. Так что вскоре только остывающая кровь на камнях свидетельствовала о том, что здесь недавно произошло. Но и то, её уберут после того, как мы отсюда уедем, поскольку в сказке о «Скале влюблённых» не должно быть кровавых пятен.
— Хуан! — позвал я убийцу, которого освободили сегодня, когда стало известно, что сеньор Карлос Сан-Мигель-де-Салинас неожиданно упал с лошади и насмерть разбился. Странно конечно, что я даже ни разу не увидел своего главного врага в лицо, но, с другой стороны, оно мне было нужно? Пожалуй, что нет. Главное, что с его смертью передо мной открывались многие дороги, а все его подручные и сподвижники либо перейдут на мою сторону, либо будут осуждены и казнены.
Ко мне подошёл наёмный убийца, который должен был убить меня, но передумал и решил сменить хозяина.
— Да, ваше сиятельство, — низко поклонился он, старюсь не смотреть в сторону обрыва, который был рядом с нами.
Я специально его позвал на эту встречу, чтобы он понял, с кем имеет дело. И судя по тому, как он на меня теперь смотрел, до него моё послание дошло.
— Моё предложение в силе, — я сделал жест и Бернард протянул ему вексель на тысячу флоринов, — скоро у меня появится очень много врагов, от которых я бы хотел избавиться, а твоя изобретательность в средствах умерщвления людей, мне понравилась.
— Я не могу это решить единолично ваше сиятельство, — извинился он, беря из рук Бернарда вексель, — нужно общее голосование нашего братства.
— Хуан, мне не нужны они, мне достаточно будет одного тебя, — хмыкнул я, — людей мы тебе найдём.
— Я всё же прошу дать мне время подумать ваше сиятельство, это непростое решение, — низко склонился он.
— Хорошо, — вздохнул я, — у тебя оно есть.
— Благодарю ваше сиятельство, — убийца поклонился и отошёл назад.
