— Идём, Его высочество, как обычно задержится, но это не станет для нас поводом остаться голодными.
Алонсо тихой мышкой, стараясь казаться незамеченным, поднял меня на руки, и мы пошли рядом с королевой, а Бартоло остался рядом с подарками.
— Если Его высочество задерживается, может тогда, Её высочество примет от меня дары? — поинтересовался я у неё, снова привлекая к себе внимание женщины.
— Подарки? — в голосе послышалось удивление, смешанное с удовольствием и интересом.
— Сразу прошу прощенье за их скудность, — спокойно сказал я, — но я не рассчитывал на такую честь, которую мне оказал Его высочество, так что пришлось выбирать из того, что я нашёл в Сарагосе.
— Мне уже интересно граф, что вы нашли у нас, — улыбнулась она, видя, что я показал Алонсо посадить меня за стол, а самому метнуться обратно в комнату, где с подарками сидел бледный и волнующийся Бартоло.
— Хозяин ювелирного магазина сказал, что вы королева сказочной красоты, — я льстил напропалую, даже не сильно выбирая слова, видя, что для Хуаны внешность, была более важной составляющей, чем внутренняя сущность человек, — поэтому я попросил его дать мне что-то, что будет достойно вас.
Алонсо открыл большой чехол и с поклоном протянул его Хуане. Королева с интересом взглянула, что там лежит и ахнула, увидев подвеску из белоснежного единорога, покрытого эмалью, на золотых подвесках, усыпанных драгоценными камнями.
— Какая прелесть! — она всплеснула руками, затем потянулась и взяв его, стала рассматривать ближе, приложив затем к платью.
— Вы неотразимы Ваше высочество, — притворно ахнул я, вызвав от Хуаны первый довольный взгляд в мою сторону.
— Зеркало! — приказала она и когда слуги принесли небольшое венецианское зеркало, стала рассматривать подвеску, как она смотрится на ней.
Моё мнение было таким, что подвеска за две тысячи флоринов хорошо смотрелась бы на любом платье и девушке, но на королеве, чего греха таить белоснежный единорог в сверкании золота и камней смотрелся и правда хорошо.
— Для ваших детей, — я подчеркнул словом «ваших», — игрушки, достойные инфантов.
Алонсо стал распаковывать коробки, на которые королева лишь мельком взглянула, целиком поглощённая рассматриваем подвески, а я не растерялся и жестом подозвал к себе слугу, с которым был инфант Фердинанд, который молчал и просто смотрел на всё происходящее.
— Друг мой, — я показал Алонсо открыть коробку, в которой лежало детское оружие, а пока Фердинанд широко раскрыв глаза его рассматривал, Бартоло со слугами занесли в комнату деревянный манекен, на котором находился детский доспех, богато украшенный серебряной чеканкой. Понятное дело он был не в размер Фердинанда, поскольку их делали только под конкретных владельцев, но у одного оружейника я заметил этот доспех, и тот со вздохом признался, что ждёт от заказчика оплату за него вот уже третий месяц, так что моё предложение выкупить его сразу за полную сумму он воспринял с таким энтузиазмом, что бесплатно к нему дал ещё и детское оружие, которое оказывается шло к нему комплектом. Всё это обошлось мне крайне недёшево, поскольку за доспех пришлось заплатить три с половиной тысячи золотых флоринов.
Малыш не знал конечно цен, но сам вид доспехов, в которые он мог поместиться, а также то, что они будут только его, произвело на него огромное впечатление. Открыв рот, он трогал металл и не мог поверить, что это теперь его.
— Фердинанд! — раздался голос королевы, которая точно знала примерную стоимость подобного комплекта.
— Благодарю вас граф де Мендоса, — малыш повернулся ко мне и срывающимся голосом поблагодарил.
— Для Хуаны, к сожалению, пришлось брать на вырост, я не знал размера малышки, — притворно с сожалением сказал я показывая жестом Бартоло нести ещё один манекен, и на нём сидело шёлковое синее платье, примерно на пятнадцатилетнюю девушку, обшитое драгоценными камнями. Один взгляд на него королевы, и она посмотрела на меня совершенно другим взглядом, чем при нашей первой встрече.
Я прямо-таки видел, как я в её глазах выпрямляюсь, становлюсь выше, крепче в плечах, горб исчезает из виду, как и все остальные мои физические недостатки.
— Сеньор Иньиго, — мягкая улыбка впервые показалась на губах королевы, — приношу вам благодарность от имени инфанты за столь роскошный подарок. Уверена, когда она подрастёт, то по достоинству его оценит.
— Благодарю вас Ваше высочество за такую высокую оценку, — я притворно вздохнул, — ещё раз приношу свои извинения, что все покупки делал в спешке.
— Попрошу Его высочество Хуана, дорогой сеньор Иньиго, чтобы он чаще приглашал вас к нам на ужин и главное заранее, — кивнула королева, со вздохом возвращая подвеску с единорогом в коробку и показывая слугам поставить все подарки рядом со столом.
— Это честь для меня Ваше высочество, — не моргнув глазом, соврал я.
