— Ровно столько Ваше высочество, чтобы сразу уехать, как только получу ваш ответ по обоим своим просьбам, — пожал я плечами.
— Значит, вы выезжаете завтра, — король даже не посмотрел на то, как вскинулся инфант от подобных новостей.
— Бумаги с вашей печатью, Ваше высочество? — поинтересовался я.
— Я утром поговорю с архиепископом, так что будут готовы в обед, — ответил он.
— Тогда вам лучше попрощаться с инфантом сегодня Ваше высочество, — спокойно ответил я, — поскольку мы сразу же покинем этот красивый и гостеприимный город, как только я их получу.
— Отлично, тогда так и поступим, — король довольно посмотрел на меня.
Ужин продлился ещё примерно час, мы больше не касались вопросов, с которыми я приехал, лишь внешние новости, да я пересказал пару историй из Рима, вот и всё. Королева была довольна подарками, король был доволен тем, что пристроил сына, так что прощались со мной довольно тепло, пообещав снова пригласить на ужин, когда я следующий раз посещу Сарагосу. Особенно не поверив в это, я низко кланяясь простился с ними и направился со своими спутниками вниз, к своей повозке. Только когда мы остались втроём, а сам наш отряд отъехал от дворца, я протянул правую руку к шее, вынул пару пуговиц из петель, освобождая затянутое горло от узкого воротника, поверх которого было надето накрахмаленное жабо.
— Фух, — выдохнул я впервые за этот вечер и перевёл взгляд на своих весьма бледных попутчиков, подмигнув обоим.
— Вы молодцы, — похвалил я их, — Алонсо завтра себе и Бартоло выдай по пятьдесят флоринов. Ваша помощь в поиске подарков и слухов, чем можно угодить королеве, были очень полезны.
— Зачем столько много, сеньор Иньиго? — удивился Алонсо, — нам хватит и двадцати.
Бартоло смущённо кивнул, подтверждая его слова.
— Дают — бери, бьют — беги, — хмыкнул я, — к тому же, для вас эта ночь ещё не закончена.
— Что нам нужно будет сделать сеньор Иньиго? — насторожились они.
— Найдите мне лучший бордель Сарагосы с самыми красивыми и дорогими молодыми девушками, — приказал я, — и снимите мне его целиком завтра с утра до вечера.
— Зачем сеньор Иньиго? — изумились мужчины.
— Будем клин клином вышибать, — вздохнул я, — благо у меня уже есть опыт работы с безнадёжно влюблёнными.
Бартоло стал стремительно краснеть, а Алонсо начав догадываться, что это я делаю не для себя, довольно потирать ладошки.
— А проверку девушек я могу устроить, сеньор Иньиго? — поинтересовался он у меня.
Я показал ему кулак со словами:
— Проверь лучше это.
На что мужчина грустно вздохнул.
Больше всех был обрадован епископ Монреале, когда узнал, что мы выезжаем уже завтра после обеда, так что ушёл собирать свои невеликие пожитки, как впрочем и Алонсо, который также пошёл распоряжаться о подготовке припасов к поездке.
Утром, в сопровождении того дворянина, который на ужине ходил за инфантом по приказу короля, ко мне в таверну пришёл и Хуан. С ними был молодой парень-слуга, при первом же взгляде на которого я понял, что это девушка, переодетая в мужское платье. Приглядевшись к её рукам и лицу, я понял, что это сеньорита ещё из благородных, поскольку её руки точно не знали грубой работы.
— Сеньор Иньиго, я прибыл под вашу опеку, по приказу короля, — инфант старался не смотреть в сторону слуги, изображая из себя полную покорность.
— Вот обещанные документы, ваше сиятельство, — дворянин протянул мне ворох бумаг с королевской подписью и печатью, на которых ещё были свежие чернила, посыпанные песком. Первое было разрешение от архиепископа Сарагосы, об непрепятствовании церковью открытию ломбардов во всём королевстве Арагон и приказ от него же о назначении викарием епископа в Аликанте — Аусиаса Деспуча. Хуана же, сделать сразу епископом было нельзя, нужно было как получить согласие Рима об этом, так и провести саму процедуру хиротонии с участием трёх епископов, на что также нужно было время.
Убедившись, что всё именно так, как я и хотел, я поблагодарил дворянина и он с лёгким поклоном отбыл.
— Алонсо, отвезите инфанта в тот дом, что вы сняли прошлой ночью, — распорядился я, а когда слуга инфанта дёрнулся было ехать с ним, я остановил его или точнее её жестом. Тут же на её защиту бросился и сам Хуан.
— Мигель всегда со мной!
— Сегодня нет, инфант, — я покачал головой, — к тому же можете не переживать, я не дам вашу девушку в обиду.
Глаза у обоих молодых людей расширились, она вскрикнула слабым голосом, а он схватился за голову.
— Ваше сиятельство, умоляю вас, ничего не говорите королю! — взмолился он, схватив девушку за руку.
— Съездите, приведите себя в порядок инфант, — улыбнулся я ему, — даю вам слово, что не буду сообщать ничего королю, просто поговорю с твоей возлюбленной.
Молодой парень с сомнением посмотрел на меня, затем на неё.
— Едь Хуан, — раздался слабый голос, — граф не замарает себя обвинением в причинении зла девушке.
