- Саня! Ты что, собрался идти к мечети, просить милостыню? - Раздался полусонный голос фройляйн. Тут же к нему присоединился голос графини. - Возьми с собой Фараха, у него такой видок, что вам вдвое больше подадут.
По поводу андоррца - согласен. Заявился он вчера после ужина - пьяней вина. На лбу и подбородке обширные ссадины, которые принято называть "асфальтной болезнью", левый глаз заплыл ("фонарь" будет знатный), но довольный как слон. Оказалось, господа бороны устроили шутейный рыцарский турнир - стенка на стенку, вместо оружия используя метлы. Команда Фараха одержала убедительную победу. После чего обе стороны хорошенько отметили это событие.
- Я собрался идти в резиденцию губернатора, - Продолжая вертеться у зеркала, невозмутимо ответил на подначку наложниц. Удовлетворенный своим видом, повернулся в сторону девчонок и продолжил. - И просить собираюсь не милостыню, а двадцать тысяч сабель.
Вид у меня был целеустремленный, а тон предельно серьезный.
- А зачем тебе двадцать тысяч сабель?
Инга спросила это с очумевшим видом, да и вытянутое лицо индуски выглядело не менее красноречиво - просто умора. Я не выдержал и заржал. Огорошенные лица девиц моментально приняли оскорблено- злобный вид, и под гневные выкрики "- обманщик проклятый " на меня обрушился шквал подушек. Отбив последний снаряд, я нравоучительно сказал.
- Темнота! Двадцать тысяч сабель - это означает двадцать тысяч воинов! - И в полной тишине покинул спальню.
После роскоши Византийского двора, резиденция наместника Египта, мягко выражаясь, не впечатляла. Однако, я подражая собратьям, наполнившим обширную приемную, с открытым ртом осматривал предметы обстановки и "роскошь" отделки особняка. С одежкой я тоже угадал, внешним видом мало чем отличаясь от середнячков. Да и Дед не ошибся - вызвали меня седьмым. Следуя за секретарем, на ходу, скороговоркой пояснявшему как надо себя вести, представ пред ясные очи наместника, я оказался в достаточно большем и светлом помещении. Внутри, у дверей скучали двое гвардейцев, еще пара изнывала от скуки в пяти шагах от трона, на котором восседал крупный мужик. Разодет он был как попугай, что совсем не вязалось с его умным и властным взглядом. Справа от трона стоял юноша приблизительно моего возраста. А слева какой-то непонятный тип, в дорогой, но непримечательной одежде. Сам он тоже был непримечателен, если не считать его пронзительных водянистых глаз. Прям копия майора Платонова - нашего особиста из "джержинки". Еще один персонаж - видимо начальник охраны наместника, сопроводил меня от входа до стола, куда положено было возлагать дары. А затем и к потертому ковру, на который проситель должен бухнутся на четыре кости, воздать хвалу наместнику, и излагать свою просьбу. Я на колени падать не стал, а лишь слегка поклонился. Тут же шеф охраны, ухватив меня сзади за ворот халата с силой надавил, одновременно прошипев мне в ухо.
- На колени!
Падать на четвереньки я не стал, а крепко захватил кисть удерживающею мой ворот, правой рукой. В это же время левой ухватил блюстителя порядка за пояс и потянул за собой, делая шаг вперед, немного закручиваясь вправо и наклоняя корпус. Мой оппонент невольно стал повторять мои движения, но запнувшись обеими ногами за выставленную мной подножку, с бряцаньем, всем телом загремел об пол. Все произошло моментально, он еще не закончил своей фразы, а его ноги уже оторвались от пола. Уверен, большинству присутствующих показалось, что неловкий гвардеец, пытаясь меня наклонить, запнулся об собственные ноги. Я тут же с озабоченным выражением на лице, принялся суетливо помогать подняться упавшему. Бормоча под нос "- Ах! как же так ... как неловко-то ...". Одновременно срисовывая обстановку. На удивление никто из присутствующих не дернулся. Хотя нет - юноша вцепился в рукоять сабли, вон, аж костяшки побелели. Остальные отреагировали так, будто я сделал все по этикету, ну может быть чуть иначе, чем вызвал слабый интерес присутствующих. Еще заметил, как едва колыхнулась одна из шпалер (безворсовый ковер, которыми оформляли стены) вышитая изящными орнаментальными композициями. Пострадавший между тем отрицающим жестом отверг мою помощь, ловко поднялся на ноги, поправил пояс, перекошенную перевязь, и повернувшись к наместнику по военному четко доложил.
- Вали! На нем кольчуга и наверняка вооружен.
- Как?! - В притворном ужасе воскликнул губернатор. - Ты пришел вооруженным в мою резиденцию? Ты что, мне не доверяешь?!
- Как можно Вали?! Тебе, конечно же, доверяю! А вот тем, кто спрятался в нише за шпалерой, - кивком, уточнил за какой, - доверия не испытываю. Кто знает, что у них на уме? Кольчугу же ношу постоянно, даже дома. Меня так учили - доверяй, но проверяй, то есть я хотел сказать - береженого Аллах бережет...
- Ладно, с этим закончили. Может, тогда объяснишь мне, Искандер, зачем ко мне на прием заявился в обносках? Я слышал, что ты сказочно богат, и даже великие амиры едят с твоих рук!? Это что неуважение? Надеюсь, твой подарок в отличие от твоего облачения окажется царским.
