И вставали из зыбкого и холодного полумрака Сутеми, прямо из-под брусчатки Красной Площади, и шли друг на друга легионы древних магов, павших в Великой битве - Светлых и Тёмных. И как будто снова началась она, эта невероятная битва. Великая битва Добра и Зла, Света и Тьмы!
Вот могучий Тёмный рыцарь одним ударом своего тяжёлого боевого меча снёс голову в шлеме Светлому магу-поединщику. Таким ударом владел далеко не каждый боевой маг, ох-х не каждый.
Вот встали и пошли в свою последнюю смертельную атаку на противника давно уже мёртвые вампиры.
А вот вступили в битву боевые волки-оборотни - вервольфы. Один на один! Светлый и Тёмный. У вервольфов всегда всё по-честному и только один на один!
И пошло-поехало, уже без перерывов.
Отчаянная сшибка! Чудовищная свалка! Бешеное побоище! Кровавая баня!
По всему московскому горизонту над Кремлём сверкали магические молнии и были видны сполохи взрывов дымных файерболов. Могучие «воздушные кулаки» и «тараны», каждый из которых был способен разом снести пол-Москвы, безжалостно крушили готические рыцарские замки и башни древних крепостей. Свирепые удары тяжёлыми боевыми мечами, разрубающими тела в железных латах и вдоль, и поперёк, и наискосок. Острые копья рвали человеческую плоть! Звенящие смертью спущенные тетивы боевых луков. Стрелы без счёта летали тучами и торчали, уже казалось, отовсюду. Отрубленные пальцы, головы, руки и ноги ковром буквально устилали брусчатку Красной Площади. Беззвучно ржали и вставали на дыбы красавцы боевые кони! Кровь текла рекой!
Сказать, что зрители были в восторге от этого фантастически красивого и на вид абсолютно реального зрелища, ничего не сказать! Зрители ревели, стонали, выли и плакали! Они падали на колени, на землю, и садились прямо в лужи! Бешеные эмоции захлёстывали их. Никогда и нигде они больше не увидят такого кино.
«О, Тот, кто Имя! О, Мать-Змея! Как же много было напрасных и бессмысленных жертв! - пронеслось у меня в голове, - Как же много их было».
СЦЕНА 3
На школьных часах 20:09
Станислава Феликсовна бессильно откинулась в рабочем кресле. Её, буквально, потрясла кровавая сцена Великой битвы Добра и Зла! Можно сказать, испугала. Некоторое время её руки плетьми висели по бокам кресла, а голова была опущена. Но нет, нельзя расслабляться!
Вот не было печали! И этого не мог написать ребёнок четырнадцати лет! Хотя почерк конечно Антона. Она хорошо знала свой нынешний класс, уже как три года была с ним вместе. И кто в классе на что был способен она тоже очень хорошо знала, это же была её работа!
А если бы это завтра попало в РОНО?! Глупый мальчишка! Он не понимал, что этим своим «сочинением» он мог уничтожить и себя, и свою семью, и школу, и её, его классного руководителя! Это же политическая провокация! Вот что это такое! Так написать о Московском Кремле и Красной Площади! Представить себе невозможно! Уму непостижимо!
