Наклоняюсь. Целую припухшие губы. Едва прикасаюсь. Совсем не так, как в туалете. В моей грудине всё сжимает от незнакомого чувства. Я собираю соль с припухших губ. Прикасаюсь к ним, боясь, что Катя сейчас дёрнется и убежит.
Но она сидит в моей машине, на моих коленях, в моих руках. Подставляет губы для поцелуя, всё продолжает всхлипывать. Я мягко целую бледную щёку, вновь заглядываю в припухшие и покрасневшие глаза.
— Куда тебя отвезти?
— Домой. Мне нужно Тане обо всём рассказать, — шепчет тихо. — Я только час назад ездила к следователю. Я думала совсем на другого человека.
— На кого? — слова из девчонки приходится выуживать.
— На Аркадия Семеновича.
Я внимательно слушаю её сбивчивые объяснения о значках, Стиче и доводах.
— Он к тебе приставал? — пальцами провожу по щеке девушки.
Что за хуйня творится? Почему меня так тянет к ней? Почему так сильно хочется прикасаться? Чувствовать тепло кожи под пальцами? И откуда эта ярость от одной мысли, что кто-то кроме меня может смотреть в её сторону?
— Н-е-т, — тянет и мотает головой. — Нет. Я просто ошиблась, видимо. Улики на того парня железные. На камерах соседнего дома его засекли. Как он шёл к дому и уходил.
Я киваю. А сам уже представляю, как сжимаю пальцы на жирной шее препода. Явно не преподавательский интерес у него к моей Кате. Неосознанно сильнее сжимаю руки на теле девчонки. Она вдруг тизо вскрикивает и начинает возиться в моих руках, ёрзая ладной задницей по члену. Я возбуждаюсь. Мигом. Пожар в крови вспыхивает по щелчку пальцев. Член болезненно напрягается.
Блять. Я чуть грубовато спихиваю Катю на соседнее сиденье. Сейчас не подходящий момент. Завожу машину и еду в сторону дома девчонки, чувствуя на лице её любопытный взгляд.
Ебучий случай! Я влип! По уши!
Я прижимаю пальцы к губам и пытаюсь успокоить мысли, которые скачут, как белки по веткам. Почему Дамир так целовал меня? Так нежно и трепетно, будто я что-то для него значу? Я кусаю губы, которые болят от сухости и трещинок. Хмурю брови, когда в голове снова слышу полный облегчения и тоски голос Дарьи Павловны, матери Дианы.
«Теперь я смогу спать спокойнее. Её убийца найден и понесёт наказание».
Я впервые за этот год услышала хоть какие-то эмоции в голосе женщины. Это необъяснимо, но факт того, что убийцу Ди поймали, будто сняло гору с плеч. Жить и не иметь понятия, кто отнял её жизнь — самое страшное, что могло быть после её смерти. В руке снова начинает вибрировать телефон. Следователь. Я тут же отвечаю.
— Екатерина, добрый вечер. Сегодня Вы приходили ко мне с просьбой присмотреться к вашему преподавателю.
— Да. Вы что-то узнали?
— Вам уже сообщили, что преступник найден?
— Да. Но каким образом? Как так быстро нашли виновного? — мой голос становится твёрдым, а я выпрямляюсь на сидении.
— На аналогичном месте преступления. Подозреваемый напал не девушку с ножом, но она смогла дать отпор, — чуть раздражённо отвечает мужчина.
— Ясно, — я киваю, забыв, что меня не видно, остальные детали мне поведала мама Дианы.
— Так к вопросу, которым Вы меня озадачили. Ваш преподаватель является биологическим родственником Дианы.
— Как это? Он её папа? — мои глаза округляются.
— Дед. Полагаю, что отсюда у него и появился тот значок, — я слышу усталый выдох мужчины, а следом зевок.
— Спасибо, — ошарашенно выдыхаю я. — Большое спасибо. Это крайне неожиданно. До свидания.
— Прощайте, — отвечает мужчина и сбрасывает вызов.
Сквозь лобовое стекло смотрю на дверь своего подъезда и пытаюсь переварить информацию. Ди знала? Почему ничего не сказала?
— Приехали, — низкий голос Дамира разрушает тишину в салоне машины.
— Спасибо, — поворачиваюсь к парню и сталкиваюсь с внимательным изучающим взглядом.
Он дёргает уголком губ в намёке на улыбку и кивает. Я выхожу из машины и иду к подъезду Тани. Поднимаюсь на её этаж, только собираюсь нажать на кнопку звонка, как дверь распахивается и в подъезд выскакивает Савелий. Я отпрыгиваю за дверь, поэтому он меня замечает.
— Ну и проваливай! — кричит Таня, а в стену подъезда прилетает тапка. — Я всё расскажу Дамиру, слышишь? Расскажу, что это ты всю информацию слил! Он узнает.
— Пожалуйста, — выплёвывает Савелий, застывая в проёме. — Мы оба эту кашу заварили, нам и расхлёбывать. Меня заебал твой шантаж. Мы оба виноваты!
— Всё уже удалили, — Таня на грани истерики. — Нет больше этой книги. Катюша поменяла текст. Это просто ошибка.
— Мы оба предали, Таня, — с усталостью в голосе отвечает молодой человек.
— Как интересно, — я вздрагиваю от ледяного голоса Дамира, который оказывается для всех троих полной неожиданностью.
— Не то слово, — выдыхаю я и появляюсь в поле видения Тани.
Подруга белеет и отступает на несколько шагов назад. А Савелий резко разворачивается и с грустью усмехается, кидая через плечо Тане:
— Видишь, больше скрывать не выйдет.
Дамир резко выкидывает руку вперёд и бьёт друга по лицу. Я вскрикиваю и тут же кидаюсь к Белову.
— Мир, не нужно, пожалуйста, — шепчу заполошно, повиснув на его плечах. — Прошу тебя. Давайте поговорим. Обсудим всё. Умоляю.
— Уйди! — рычит, пытается оттолкнуть меня.