Я всё надеюсь услышать за спиной шаги. Что он нагонит. Скажет, что обманул. Но надеждам не суждено сбыться. Я захожу в пустую квартиру, скидываю обувь, прохожу в комнату и ничком падаю на кровать, тут же начав рыдать от боли и обиды. И плачу я не из-за предательства подруги. А потому что он отпустил. Потому что ему я оказалась не нужна.
Всю следующую неделю я чувствую себя крайне угнетённой. Встаю по утрам, плетусь в университет. Только для того, чтобы найти взглядом Дамира в толпе студентов. Увидеть хоть краем глаза. Его широкие плечи и красивый профиль. Я смотрю на него не таясь. С замиранием сердца жду, когда он поймает мой взгляд.
Но он не оборачивается. Не замечает меня. Он просто забыл о моём существовании. Будто всё вернулось на круги своя. Я неприметная моль, о существовании которой Дамир даже ничего не знает. А он самый популярный и желанный парень для всех девушек университета.
В особенности для меня. Я знаю, какими жадными могут быть его горячие губы. Как он может прикасаться. Смотреть с жадностью. Я обманулась. Решила, что смогла понравиться Дамиру. Что смогла чем-то зацепить.
Да, я симпатичная. Можно назвать красивой. Но только во мне нет уверенности. Я слишком зажатая и скованная.
Всю неделю я грызу себя изнутри. Всю неделю я не нахожу себе места. Всю неделю в груди всё пульсирует от боли и разочарования. От предательства подруги. Я не злюсь на неё, но разговаривать с Таней не могу. Это выше моих сил.
Мне слишком горько не от того, что она подставила меня, а от того, что она считала меня виноватой в гибели Ди.
Я ковыряю вилкой в салате, но не могу отправить в рот ни крошки. Аппетита нет. За эту неделю я слишком сильно похудела. Щёки впали, глаза стали казаться слишком большими на осунувшемся лице. Горькие мысли то и дело крутятся в голове. А ночами преследуют сны. Жаркие. Бесстыдные. С участием Дамира.
Там он ведёт себя совершенно иначе. Там он прижимает меня к себе, целует жадно, как в ресторане, заставляет забывать собственное имя. Восхищается мной. Любит меня. Так же сильно, как и я его.
Я вздыхаю и вздрагиваю, когда на телефон приходит сообщение. Снимаю блокировку экрана и начинаю кашлять, подавившись воздухом.
Пришли деньги за книги. Сумма настолько огромная, что я несколько раз перепроверяю, не веря в то, что это правда. Захожу на сайт. Сверяю. Да. Всего один роман принёс мне такие деньги.
Но меня воротит, когда я смотрю на эту сумму. Это не моё творение. Не моя заслуга.
Это не я добилась успеха. И первоначально это был не мой текст. Я вздыхаю, тру лоб, а потом решительно поднимаюсь и быстрым шагом, чтобы не передумать, иду в сторону Дамира.
— Мы можем поговорить, пожалуйста? — нависаю над ним, прижимая руки к груди.
Сердце колотится с такой силой, что мне начинает мерещится, что оно просто проломит грудную клетку и окажется на полу. У чёрных ботинок Дамира. А он, играючи наступит на него, окончательно размазывая мои чувства.
Парень медленно поднимает голову. Чёрные глаза, по клубящейся тьме которых я так сильно тосковала, впиваются в моё лицо. На краткое мгновение мне кажется, что в них вспыхивает что-то похожее на радость. Но я моргаю. Видение исчезает. Дамир смотрит на меня хмуро, как на досадную помеху.
Я посмела прервать его обед. И мне уже начинает казаться, что он пошлёт меня к чёрту. Но парень кивает. Поднимается, со скрипом отодвигая стул, закидывает рюкзак на плечо и проходит мимо меня, двигаясь к выходу из столовой.
Под внимательными и цепкими взглядами, направленными со всех сторон, я спешу за Дамиром. Он выходит на улицу, встаёт у дерева, достаёт сигарету и закуривает. Я застываю, внимательно рассматривая его. Так близко я не видела его уже девять дней. Он будто тоже похудел.
— Что ты хотела от меня? — спрашивает с холодом, щуря глаза и не смотря в мою сторону.
— Дай свой номер телефона, — выпаливаю торопливо.
— Зачем? — удостаивает меня коротким и режущим взглядом.
Вздрагиваю. Закусываю губу. Хочется шагнуть ближе, положить ладони на его грудную клетку, пальчиками сжать ворот чёрной рубашки, притянуть Дамира к себе и поцеловать. Чтобы он понял мои чувства к нему. Осознал, сколько эмоций у меня вызывает.
Но я слишком труслива, чтобы это осуществить. Я слишком сильно боюсь, что он оттолкнёт.
Будет больнее.
— Я переведу деньги, — я опускаю голову, рассматриваю носки своих новых ботинок.
— Что? — Дамир отшвыривает сигарету, подходит ко мне. — Какие деньги, Катя?
— За книгу.
— На кой хуй они мне сдались, мышь? — рычит, пальцами цепляет мой подбородок и вынуждает смотреть в глаза, в которых плещется ярость.
— Роман о тебе. И только твоё имя принесло мне такие деньги. Это не мой труд.
— Ты меня купить решила? — криво усмехается.
— Нет же. При чём здесь это? Это не мои деньги! Они по праву принадлежат тебе.
— Не майся хуйнёй, Катя! — рявкает и сжимает пальцы на подбородке. — Отдай эти деньги писакам, которые роман выложили. Поблагодари их за славу, которую они тебе принесли. А сама наслаждайся, пока есть такая возможность.
Глаза начинает щипать. Я дёргаю подбородком и отхожу от Дамира.