В военкомате, куда Муса Джалиль пришёл в первые же дни войны, ему сперва отказали. Повестка пришла в июле, тринадцатого числа. Его зачислили в артиллерийский полк, который в те дни формировался под Казанью. Но потом направили в Мензелинск, на курсы политруков. В местных хрониках читаем: «Когда командованию стало известно, что Муса Джилиль — известный поэт, депутат городского совета, бывший председатель Союза писателей, его хотели демобилизовать, отправить в тыл. Но он решительно ответил: “Вы поймите меня, ведь я поэт! Я не могу сидеть в тылу и оттуда звать людей защищать Родину. Я обязан быть на фронте, среди бойцов и вместе сними бить фашистскую нечисть”».

Шестимесячные курсы остались позади, поэт получил звание старшего политрука и был направлен на фронт в район Ленинграда в распоряжение штаба 2-й ударной армии. Армия действовала на любанском направлении. Работал литсотрудником в редакции армейской газеты «Отвага».

В это время появилось несколько стихотворений, и среди них «Слеза»:

Покидая город в тихий час,Долго я глядел в твои глаза.Помню, как из этих чёрных глазПокатилась светлая слеза.И любви и ненависти в нейБыл неиссякаемый родник.Но к щеке зардевшейся твоейЯ губами жаркими приник.Я приник к святому роднику,Чтобы грусть слезы твоей испитьИ за всё жестокому врагуПолной мерой гнева отомстить.И отныне светлая слезаСтала для врага страшнее гроз.Чтобы никогда твои глазаБольше не туманились от слёз.

На Северную столицу наступала мощная немецкая группировка группы армий «Север» — танковые, моторизованные и пехотные дивизии. С севера Ленинград и окрестности блокировали финские войска. Войска Ленинградского и Волховского фронтов проводили операцию за операцией с целью разорвать кольцо блокады. Немецкие и финские войска пытались задушить, истребить голодом непокорных ленинградцев и открыть путь на Вологду, Архангельск, Кострому и дальше к Уралу.

7 января 1942 года началась Любанская наступательная операция Волховского и Ленинградского фронтов. Цель операции — прорыв блокады с юга, в районе железнодорожной станции Любань. Главной пробивной силой Волховского фронта в те дни была 2-я ударная армия генерал-лейтенанта Н. К. Клыкова. Дивизии первого эшелона прорвали немецкую оборону, продвинулись глубоко вперёд, но вскоре были отсечены фланговыми ударами под основание прорыва и окружены в районе станции Мясной Бор в сорока шести километрах от Великого Новгорода. Эти места стали Долиной Смерти для многих тысяч бойцов и командиров 2-й ударной армии. К тому моменту раненого генерала Н. К. Клыкова на посту командующего заменил генерал А. А. Власов. Трудно сражаться, когда армия находится в окружении, когда нет подвоза, нет продуктов, медикаментов, когда обозы переполнены ранеными и больными, а помочь им нечем.

В 1996 году в Казани были опубликованы мемуары политрука В. А. Кузнецова, бывшего ответственного секретаря газеты «Отвага». В мемуарах (военных дневниках) и в интервью Виктор Александрович рассказал о своём фронтовом друге старшем политруке Мусе Джалиле:

«19 апреля. “Наши части теряют свою ударность… Но как же тяжело оставлять мысль о наступлении. Мы были так близки к цели. Остался ещё один стремительный бросок вперёд на крупный узел сопротивления немцев, и выстрелы наших орудий, пулемётов, винтовок сольются в единый победный хор с героическими залпами бойцов города Ленина. В нашей воле, в наших силах ускорить соединение с героями-ленинградцами”. Так писала наша армейская газета несколько дней назад. И это не были простые слова. Артиллеристы подполковника М. Б. Фридланда (18-й артполк РГК) уже обстреливали Любань из своих восьмитонных 152-мм гаубиц. Наши разведчики разглядывали в стереотрубу окраины Любани. До нас доносились звуки артиллерийской стрельбы федюнинцев, атакующих Любань с северо-востока, увы, тоже безуспешно[28]

После падения Красной Горки наша редакция, оказавшись в с. Озерье слишком близко к передовой, вернулась на прежнее место в район Огорели».

«19 апреля 1942 года. (Совещание в политотделе армии, на котором выступал только что прибывший новый командующий генерал А. А. Власов. На совещании присутствовала и редакция газеты “Отвага”). Удивляла его осведомлённость. Он всё хорошо знал. Дислокация не только армий, но и дивизий ему хорошо известна. Знает на память множество имён командиров и т. д. Было сказано ещё немало прекрасных слов: “Командир должен быть отцом родным для бойцов… Человека любить надо… Мы должны помочь Ленинграду” и т. п. А в конце опять о Сталине: “Надо учиться у товарища Сталина спокойствию и выдержке даже в самые тяжёлые времена”».

Перейти на страницу:

Все книги серии Жизнь Замечательных Людей

Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже