| The good of one self is to be the good of another. | Достояние одного должно быть достоянием другого. |
| This impossibility He calls love, and this same monotonous panacea can be detected under all He does and even all He is--or claims to be. | Вот эту чепуху Он и зовет любовью. Можно обнаружить это во всем, что Он творит, и даже во всем, в чем Он проявляется (или утверждает, что проявляется). |
| Thus He is not content, even Himself, to be a sheer arithmetical unity; He claims to be three as well as one, in order that this nonsense about Love may find a foothold in His own nature. | Так, Ему мало быть простой арифметической единицей. Он, видите ли, одновременно Троичен и Един. Говорит Он так для того, чтобы вся эта чушь о любви могла найти основание в Его собственной природе. |
| At the other end of the scale, He introduces into matter that obscene invention the organism, in which the parts are perverted from their natural destiny of competition and made to co-operate. | А с другой стороны, Он вводит такое бессовестное изобретение, как организм, в котором все части отвращены от своего естественного назначения - соревноваться - и приведены к согласию. |
| His real motive for fixing on sex as the method of reproduction among humans is only too apparent from the use He has made of it. | Истинная причина того, что Он использовал половое различие как способ размножения, совершенно ясна. Смотри, какую пользу Он из этого извлек. |
| Sex might have been, from our point of view, quite innocent. | Половое различие, с нашей точки зрения, могло бы стать вполне невинным. |
| It might have been merely one more mode in which a stronger self preyed upon a weaker--as it is, indeed, among the spiders where the bride concludes her nuptials by eating her groom. | Оно было бы просто разновидностью мучений слабого за счет сильного, что и происходит с пауками, у которых в завершение брачной близости невеста съедает жениха. |
| But in the humans the Enemy has gratuitously associated affection between the parties with sexual desire. | Но у людей по милости Врага половое влечение соединено с взаимной привязанностью. |
| He has also made the offspring dependent on the parents and given the parents an impulse to support it--thus producing the Family, which is like the organism, only worse; for the members are more distinct, yet also united in a more conscious and responsible way. | Кроме того, Он установил зависимость детей от родителей и побудил родителей заботиться о детях, создав, таким образом, семью, которая напоминает организм, только похуже, ибо здесь члены еще независимей, а связанность их более сознательна и ответственна. |
| The whole thing, in fact, turns out to be simply one more device for dragging in Love. | В конце концов, это - еще одно изобретение, вовлекающее людей в любовь. |
| Now comes the joke. | А теперь самое смешное. |
| The Enemy described a married couple as "one flesh". | Враг назвал супругов "единой плотью". |
| He did not lay "a happily married couple" or "a couple who married because they were in love", but you can make the humans ignore that. | Он не сказал "счастливая супружеская пара" или "пара, женившаяся по любви". Ты же можешь сделать так, чтобы люди этого и не поняли. |
| You can also make them forget that the man they call Paul did not confine it to married couples. | Кроме того, пусть они забудут, что все тот же Павел применял это и к неженатым парам. |
| Mere copulation, for him, makes "one flesh". | По его словам, совокупление как таковое делает людей "единой плотью". |
