— Тулемий из Онодрима видящий. Дар видящего не из простых, он может свести с ума любого, не зависимо от величины резерва. Представь себе, каково это постоянно знать то, что будет с миром вокруг и не иметь возможности ничего изменить.
— Не представляю, — произнесла она задумчиво. — Хотя, знаешь, я видела один сон, похожий на предсказание. В нем я долго бежала по винтовой лестнице в какую-то башню, спасаясь от кого-то. А, добежав, сорвалась вниз из окна в отмель глубокой реки, похоже, Инглота.
Я успокаивающе погладил большим пальцем тыльную сторону ее ладони, заметив, что при упоминании о сне, дыхание Тэт снова стало учащаться. Она положила голову на мое плечо.
— Это просто сон. А почему ты решила, что он был похож на предсказание? — Усмехнулся я, не видя причин для беспокойства.
Описание напоминало, скорее, обычный кошмар, с которым, наверное, каждый из нас не раз сталкивался.
— Он был такой живой и яркий, запоминающийся. А еще в конце я услышала фразу: «Твое спасение обернется его гибелью. Дэя там быть не должно».
Вот это уже интереснее и наводило на определенные мысли. Мне было известно, что Мира умела насылать нужные сновидения людям или разговаривать с ними во снах. Однако эта способность касалась лишь магически неодаренных людей или более слабых магов. С драконоборцами тоже не работала. Поэтому, я не мог точно сказать, какие ощущения спящий при этом испытывал и чем навеянные магией видящей сны отличались от остальных.
— Ты думаешь, я мог быть тем человеком, от которого ты спасалась во сне? — С сомнением осведомился я, продолжая водить пальцем по ее ладони, вычерчивая круги.
Не желал передать Тэтрилин собственную обеспокоенность только что возникшими догадками о происхождении ее сна.
— Вряд ли. Там был еще один человек, внизу, в лодке. Я не видела ни того, ни другого, но ты скорее был там, а не в башне. К тому же, ты сам сказал, что это всего лишь сон, не забивай себе голову, — беспечно отмахнулась она, но если этот сон в действительности был навеян Мирой, я не стал бы относиться к нему столь легкомысленно.
— Ты помнишь, что еще было за окном, кроме реки?
Раскат грома раздался где-то совсем рядом, почти оглушив, и Тэт, вздрогнув от неожиданности, прижалась ближе к моему боку. Мне не хотелось пугать ее еще сильней, но следовало как-то донести до нее, что опасность погибнуть от проснувшейся магии являлась для нее далеко не единственной.
— Не помню, — подумав какое-то время, произнесла она. — Я хорошо рассмотрела красивые комнаты в башне, портрет девушки на стене и окно с витражами. А потом смотрела больше вниз, потому что очень боялась высоты. Река подходила к самому основанию башни… Помню красный закат, солнце почти село. Кажется, прямо возле реки начинался лес, а где-то за ней вдалеке замок и сопки. А почему ты спросил?
Спросил, потому что хотел точнее узнать место и время события, которое могло принести ей спасение, а мне — гибель. Или наоборот.
Еще меня интересовало, почему Эмирата, если сон действительно наслала она, не сказала мне об этом видении. Да, мы не могли связаться с ней в сновидениях, но что мешало написать это в письме и отправить с Люциусом? Или письмо просто еще не пришло?
— Просто поинтересовался, — ответил я и поспешил перевести тему. — Послушай, а твой Учитель не говорил, каким образом ты могла бы избежать смерти во время пробуждения силы? У него был какой-нибудь план на этот счет?
— Был, только Учитель и сам не был в нем уверен. Он предлагал попросить у Тадимара артефакт, который бы предотвратил мою гибель. Но теперь этот артефакт недосягаем. А еще у меня есть флакон Эликсира забвения на всякий случай. Здорово, что сегодня тебе удалось привести мои эмоции в норму, не прибегая к нему.
При упоминании о гхаровом эликсире, из-за которого Тэт трижды меня забыла, я невольно поморщился и понадеялся, что в темноте это не было так заметно. Мысленно я уже отобрал у нее этот флакон и разбил его на тысячу осколков, но, в реальности смог удержать себя в руках.
А вот план с артефактом добавил кусочек к еще одной мозаике в моей голове.
Вот зачем, по словам Миры, я мог отдать Следующей свой клык, ведь у него подобное свойство тоже имелось. Но что мешало после пробуждения силы забрать артефакт обратно? Еще одним нюансом являлось то, что факт передачи парного артефакта почувствует Виктор и может истолковать его по-своему, однако когда его чувства и эмоции меня волновали? Поэтому, я, безо всяких сомнений предложил:
— У меня есть другой артефакт с таким же свойством. Мы могли бы пробудить твою силу и с его помощью не дать тебе умереть. А потом я забрал бы его обратно.
Следующая вздохнула.
— Знаешь, пару дней назад я согласилась бы на твое предложение, не раздумывая. Но, на балу случайно узнала о планах Тиал-Арана на мою силу, с целью увеличения собственного резерва и теперь сомневаюсь, что смогу ему противостоять. Пока моя магия спит — она недосягаема не только для меня, но и для всех, кто желает ее забрать.
