Откусил большой кусок лепешки, чтобы дать себе время подумать над ответом, который не вызвал бы лишних подозрений и не был бы полностью ложным, потому что врать Тэтрилин мне не хотелось.
— Написала, что не советует быть тем, кто сегодня явится в Сарн-Атрад с Кристальным гладиусом.
Отхлебнув чая, девушка недоверчиво подняла брови:
— Это так сильно тебя расстроило?
— Расстроило, конечно, — кивнул я. — Я ведь так ждал момента, когда смогу, наконец, забрать его из бар-эбирских пещер.
Тэт подозрительно прищурилась:
— И в той записке ничего не было обо мне?
— Ни слова, — невозмутимо подтвердил я и почесал нос. — Доедай скорее, нам пора выезжать.
Резко поднялся и принялся собирать оставшиеся вещи в седельные сумки, лишив ее возможности и дальше меня расспрашивать, потому что не был твердо уверен в правильности собственного выбора и не хотел, чтобы Тэт заставила меня сомневаться еще больше.
Вот только она, кажется, не планировала сдаваться так просто:
— Дэй, я же вижу, что ты скрываешь от меня что-то важное! Пожалуйста, расскажи!
Мольба в ее голосе почти заставила меня передумать и рассказать ей о содержании, принесенного Люциусом, письма.
Разделить с ней этот груз ответственности за выбор, который в любом случае будет неправильным. Вот только, зная ее, привыкшую смотреть на мир сквозь розовую пелену, она с готовностью рискнет собой. А, если результат совпадет с предсказанием Миры, я не готов был всю жизнь нести за собой груз вины. Непрошеные угрызения совести уже сейчас неприятно скрипели на зубах и отдавались кислым привкусом во рту.
Если Тэт и погибнет, то пусть хотя бы, как вчерашний кролик, до последнего считает собственную гибель несчастным случаем или роковым стечением обстоятельств, чем осознает, что я сопоставил ее жизнь с благополучием Терра Вива и выбрал последнее.
— Мира просто дала мне пару советов, как обычно, — отозвался я, изображая беспечность. — Написала, что сегодняшний день решит мою судьбу и рекомендовала вспомнить о долге перед собственным королевством.
Обошел Тэт, встав за ее спиной. Стянул с ее волос ленту и, как обещал, распутав пальцами длинные темные локоны, ловко сплел их в косу. От меня не укрылось, что во время этих моих манипуляций, девушка затаила дыхание и сумела продолжить беседу только когда я снова отошел от нее на несколько шагов.
— Надеюсь, ты послушаешь ее на этот раз, — обеспокоенно произнесла Следующая. — Обычно она всегда предлагала тебе те варианты, в которых тебе ничего не угрожало.
Гхара, она еще и волновалась за меня! Это вызвало чувство досады, давящей в груди, словно тяжелый камень. Торопливо зашвырнул оставшиеся вещи в сумку, не заботясь об их сохранности.
Плащ служил нам ночью одеялом, поэтому, подняв его с груды лапника и отряхнув от еловых иголок, подал его Тэтрилин, все еще с встревоженным видом наблюдающей за мной, а сам достал черную куртку из грубой кожи и натянул на себя.
Куртка была более удобной в бою, нежели плащ, служа защитой от скользящих ударов кинжала или меча и защищая от стрел, однако имела один существенный минус — постоянно слетающий капюшон, грозивший сделать меня звездой сегодняшнего представления на дворцовой площади, свалившись с головы в самый неподходящий момент.
Молча выкурил в несколько затяжек последнюю сигарету, позволив горькому дыму заполнить легкие.
— Нам пора, — резко бросил я, обрывая все дальнейшие споры. Следующая молча накинула плащ и послушно подошла к выходу из грота.
Я взвалил на плечо сумки и, обхватив Тэт свободной рукой за талию, перенес нас сквозь воду.
Прада уже ждала, пофыркивая, нетерпеливо топталась у водопада. Из ноздрей къярда шел белый пар. В приветственном жесте я ласково потрепал ее длинную смоляную гриву.
Все вокруг казалось серым и сонным: деревья, облака, прелые листья и заиндевевшая трава, туман, стелющийся у самой земли. Под сапогами скрипел иней, за ночь покрывший ковер из прелых сухих листьев.
Чутье бывалого охотника подсказывало, что зима уже дышала в затылок и первый снег был не за горами. Природа словно затихла, притаилась в его ожидании. Или в ожидании судьбоносных событий, предсказанных Эмиратой.
Прикрепив сумки, я помог Тэт взобраться в седло и вскочил следом, устроившись позади нее. Следующая дрожала от резкого контраста теплого грота с уличным холодом, и я сильнее прижал ее к себе, чтобы согреть.
Сам я мороза не чувствовал, скорее наоборот. То и дело бросало в жар, хотелось даже куртку расстегнуть. В предчувствии того, что сегодня произойдет нечто крайне важное, я был как натянутая гитарная струна.
Сарн-Атрад нас заждался, возвышаясь острыми шпилями королевского дворца на фоне светло-серого неба, по мере приближения к ним, становящимся все ярче и отчетливее.
В это утро в столицу стекалось много жителей окрестных городов и деревень, вероятно, желающих насладиться незабываемым зрелищем казни свергнутого монарха. И пятерых Следующих, одну из которых я сам вез навстречу собственной гибели.
