В океанских местах встреч всем флагам привольно. Вот и здесь, в карибских водах, роятся суда не только приморских стран Европы и Американского материка. В последние годы флот государства московитов чуть ли не чаще американцев навещает Ваше бывшее океанское королевство. Частенько гостят в этих водах рыболовные суда с солнечным флагом, и на одном из Малых Антильских островов построена база — рыбный комбинат; частица Сипанго все же есть теперь там, где Вы искали это государство. А на южном берегу острова, с которого я обращаюсь к Вам, где некогда базировались буканьеры и работорговцы, ныне сипангиты-японцы помогают правнукам африканского крааля строить транзитный порт.
Новые водные пути проложены через материки, чтобы соединить океаны. На перешейке, где Вы тщетно искали проход в материковой преграде, чернокожие люди, привезенные также и с этого острова, потели, корпели, копали, пробиваясь сквозь дождевые леса и малярийные болота, и своей мышечной силой создали канал, который теперь служит мировой торговле, безразличной к тому, каких человеческих жертв потребовало строительство. По иронии судьбы, города у входа в водный путь, так и не найденный Вами, потому что тогда его не было, получили Ваши имена: Кристобаль и Колон.
Немалая часть перевозок через океаны и континенты приходится на доставку аккумулированной солнечной энергии из тех мест, где ее добывают шахтеры или нефтяники, потребителям в других частях земного шара.
В индустриальных странах две пятых энергии расходуется на отопление жилищ и работу электрической аппаратуры, применяемой в современном домашнем хозяйстве. Еще две пятых потребляют заводы и фабрики, перерабатывающие сырье и полуфабрикаты. Остающаяся пятая часть поглощается самими средствами транспорта. Энергия идет на транспортировку энергии — в определенной мере энергия сама себя пожирает.
Нефть вполне заслуживает названия крови, питающей весь этот гигантский хозяйственный организм. Многие теперешние исследовательские экспедиции преследуют единственную цель: отыскать новые месторождения нефти — этакая современная охота на рабов. В большинстве стран с высокоразвитой индустрией девятнадцать из двадцати энергетических рабов поставляют нефтяные промыслы и угольные пласты. Моя собственная страна, Швеция, у которой нет ни одной нефтяной вышки, превосходит другие государства в потреблении нефти на душу населения. Океанские пути танкеров подобны артериям в разветвленной сети сосудов, доставляющих нефть во все части глобального общественного организма.
У всех перевозок, у всякого производства одна-единственная цель: сделать жизнь материально более комфортабельной. Для измерения благосостояния нами придумано мерило, которое мы назвали валовым национальным продуктом. Как и всякий измерительный прибор, этот меритель вызывает стремление бить рекорды — собственные и других участников состязания. Структура ВНП (это прозвище — плод нынешней страсти к аббревиатурам) такова, что рождает приятное чувство прогресса. Если все молочные лавки Лондона, или все парикмахерские Нью-Йорка, или все чайные дома Токио собрать в одно большое предприятие в городском ядре, ВНП и с ним видимость благосостояния возрастут, ибо умножатся перевозки. Чем больше аварий на дорогах, тем выше ВНП, потому что увеличивается занятость тех, кто ремонтирует машины и людей. Чем больше случаев рака, вызванных загрязнением воздуха, чем больше неврозов из-за городских стрессов, тем больше приходится строить больниц — опять-таки растет ВНП. Зеленые леса, которые срубают, чтобы обеспечить бумагой порнографические издания, приумножают ВНП. Отбросы увеличивают ВНП, меры по их очистке — тоже. ВНП не спрашивает: что и как производится.
ВНП принимает в расчет лишь стоимость конечных товаров и услуг. Такие вещи, как чистый воздух, чистая вода, наслаждение красотами природы, лежат за пределами его шкалы ценностей. Он служит мерилом наших хлопот и нашей суеты.
Взятые вместе, перевозки и производство ярко отображают стремление людей к более комфортному существованию.
Однако эта система чрезвычайно уязвима.
Дни лишений на «Капитане» — Вам ли не помнить их, сеньор Альмиранте! Сухари с таким обилием червей, что вот-вот поползут по столу; гнилая от зноя вода… Скудные пайки, томительно влачащиеся дни, то дряблый штиль, то ревущий шторм. Дни, когда члены команды обдирали с рей кожаные накладки и жевали, размочив в воде. Свирепствующая цинга. Облегчение многих, когда кто-то умрет: меньше ртов на убывающий провиант. Каравелла была замкнутым мирком, всецело зависящим от собственных ресурсов.
Покуда корабль находился в море. Были и дни обновления, когда, пристав к чужому берегу, запасались свежим провиантом и пресной водой, кренговали источенное червем судно.
Все мы образуем команду каравеллы, имя которой — Земля. Мы плывем в океане космоса.
