– Ты звонишь своему боссу и говоришь, что тебя не будет в понедельник. Затем бронируешь самый ранний рейс на завтра, ходишь по магазинам, делаешь прическу с лучшей подругой и идешь за своим мужчиной.
Я рассмеялась.
– Как драматично.
– Любовь часто бывает такой.
Я натянула одеяло на плечи и повернулась на бок, подтянув ноги к груди.
– А если он не хочет меня видеть? Мы не разговаривали с той ночи.
– Перестань оправдываться и забронируй чертов рейс. Все. Я вешаю трубку. Увидимся завтра.
У меня вырвался грустный смешок.
– Я люблю тебя.
– Я тебя тоже. Скажешь, каким самолетом прилетишь.
– Хорошо.
– Я серьезно.
– Знаю, – сказала я. Дженна бросила трубку, а я даже не успела поблагодарить ее.
Я все еще была в ужасе. Я не была уверена, смогу ли все провернуть. Смогу ли выдержать разлуку, смогу ли быть с Джейми и справляться с давлением отношений наряду с давлением на работе. Но Дженна открыла мне глаза на то, что я бежала от Джейми. Причем исключительно из эгоистических соображений. Я никогда не показывала ему, как он мне важен. А он важен. Теперь пришло время показать ему это.
И, может, любовь пугала, но с Джейми она была еще и удивительной. Жить без него еще больнее, и теперь я это поняла.
Я отправила письмо боссу, заказала билет на самолет, а затем допила бутылку вина, по-прежнему желая, чтобы вместо него был виски. Именно в тот вечер я убедила себя в том, что могу взять под контроль свою жизнь, свои отношения с Джейми, если только приму решение. Посмотри в лицо страху и сможешь его победить, верно? Но я забыла, что даже когда кажется, что все встало на свои места, самым главным игроком в жизненной игре является время. И оно либо играет за вас, либо нет.
В те выходные я до боли быстро поняла, что время всегда было не на нашей стороне.
– Ты уверена, что не хочешь, чтобы я встретила тебя там?
Я покачала головой, а потом поняла, что Дженна меня не видит.
– Нет, просто подкрашусь, а потом пойду внутрь. Я хочу сделать все сама.
– Ладно. Не то чтобы мне не терпелось прийти, а потом остаться в стороне, когда ты приедешь к нему домой и будешь заниматься любовью всю ночь, но могу побыть рядом, если тебе это нужно.
Я рассмеялась, нанося свежий слой темно-бордовой помады. Мои серые глаза блестели на фоне дымчатых теней, которые посоветовала Дженна, а ресницы были длинными и темными.
– Со мной все будет в порядке.
– Я знаю, что так и будет. Просто будь с ним откровенна, а потом мирись всю ночь напролет.
– Ты такую сочную картину рисуешь.
– Может, мне просто бросить юридическую школу и стать художником?
Я закатила глаза.
– Пока, Дженна.
Оказавшись одна в маминой машине, я неспешно, судорожно вздохнула, глядя на свое отражение в маленьком зеркальце. На щеках играл румянец, а волосы были уложены в тугие локоны. Мы весь день ходили с Дженной по магазинам, и она была права – в новых обтягивающих кожаных легинсах и блузке с глубоким вырезом я чувствовала себя увереннее. Я выскользнула из босоножек и достала с пассажирского сиденья туфли на каблуках, надев их, а потом снова уперлась руками в руль. Я позволила себе потянуть время еще секунд тридцать, затем нажала на сцепление и направилась к его дому.
Я планировала прийти к нему домой, но в итоге столкнулась с его младшей сестрой в торговом центре, пока была с Дженной. Она сказала мне, что сегодня вечером он собирается пойти в свой любимый бар, чтобы отпраздновать окончание тяжелой рабочей недели. Сезон загруженности у них случался два раза в год – с февраля по май и с сентября по ноябрь. Они выжили, и я надеялась, что мое появление добавит им праздника.
В баре было темно, и, несмотря на то что мой желудок сжался от предвкушения, я не стала искать Джейми. Вместо этого я направилась прямо к бару, забралась на барный стул и подозвала бармена. Первый стратегический ход, который я предприняла по двум причинам: во‑первых, мне нужно выпить, чтобы справиться с нервами, а во‑вторых, я наполовину надеялась, что Джейми увидит меня первым. Я была готова – я знала все, что хотела сказать, но было бы проще, если бы ему пришлось идти ко мне через бар. Если бы он просто подошел ко мне со своей прекрасной улыбкой и спросил с удивлением в глазах: «Что ты здесь делаешь?» Тогда я могла бы излить ему свои чувства, как это делают в кино, и мы провели бы ночь так, как представляла себе Дженна.
Именно на это я надеялась, но получила совсем другое.
Я все же осушила бокал сладкого бурбона со льдом, который легко пьется и заставляет меня чувствовать себя немного менее зажатой. А потом ко мне пристали.
– Девушка с виски, да? – спросил приятный голос. Я повернулась – стакан все еще был у моих губ, а на барном стуле рядом со мной сидела потрясающе красивая женщина.
Я кивнула, улыбаясь, и проглотила напиток.
– Да. А вы?
Она протянула свою бутылку.
