— Впереди идёт бой, — доложил разведчик. — Крупный отряд хетов взял в окружение небольшое количество воинов. Но это не легионеры и не гвардия благородных домов. Лучше будет обойти.
— А кто⁈ — рявкнул на него Рейн. — И сколько их?
— С моей позиции было плохо…
— Это закатные рыцари, — перебил его вдруг появившийся Шуст. — Тяжелобронированные, около двух сотен, зажаты с двух сторон на Праздной аллее. Пытаются прорваться в сторону дворцовой площади. Но хетов в десять раз больше. Мы можем или свернуть здесь, чтобы миновать стычку, или ударить хетам в спину.
— Что думаешь, Хорки? — ни с того ни с сего спросил его Рейн. — Как бы на нашем месте поступил Мазай?
Первой мыслью было соврать и отправить отряд в окружную. В конце концов, его задачей была охрана наследника Деневиль, и чем меньше он будет ввязываться в сопутствующие этой миссии бои, тем выше шанс на итоговый успех. Но ведь Рейн спросил не его мнение. Он хотел знать, что бы на его месте сделал Мазай. А командир всегда старался думать на несколько шагов вперёд.
— Уклониться от боя — означает потерять союзников, которые могут пригодиться нам у дворцовых стен, и упустить возможность сократить поголовье хетов, которые, всё одно, прибудут на место битвы. Нельзя мешкать, нужно ударить, пока у нас есть преимущество, — сам себе не веря, резюмировал Хорки.
— А ты что скажешь, Кромвель?
— Согласен, — поддержал наёмника маг. — Потеря инициативы в конце концов обернётся нашим поражением.
— Тогда выступаем, — скомандовал Рейн. — Шуст, веди нас.
Как выяснилось, до сражения их отделяло всего лишь четверть лиги, которую они очень быстро миновали. Хетов было вдвое больше, чем гвардейцев дома Деневиль, и далеко не все из них были вовлечены в бой. Так что разгромного удара в спину не вышло. Зато закатникам явно стало легче дышать. Главное, чтобы они распорядились такой возможностью по совести, а не дали бы дёру, оставив армию Рейна один на один с превосходящим их по численности противником.
Слава богам, такого не случилось. Получившие поддержу рыцари, наоборот, удвоили нажим и двинулись на соединение со своими нежданными спасителями. Теперь они стали стальным молотом, бьющим по наковальне. А имперцам оставалось только держать строй, да глядеть по сторонам, дабы уже самим не получить удар в спину.
— Кромвель, мы теряем людей! — перекрикивая шум боя, обратился к магу Рейн. — Мои маги выдохлись, можешь им помочь?
Он явно хотел сберечь своих бойцов, но приказывать другому наследному аристократу был не вправе. Побывавший же во многих сражениях Кромвель не торопился тратить оставшиеся у него силы. И Хорки полностью разделял такой подход. Магия, на которую был способен этот маг, может им ещё сильно пригодиться. И когда именно наступит такой момент, предугадать невоз…
Дикий рёв разорвал воздух и заложил уши. Весь шум идущего вокруг боя померк на его фоне, а ноги наёмника задрожали и начали подкашиваться. Липкий необъяснимый страх зародился в его животе и стал расползаться по всему телу.
— Ко мне! — услышал он хриплый крик Кромвеля. — Быстрее!
На подгибающихся ногах Хорки двинул к мастеру, по пути ухватив за шиворот остолбеневшего рядом Рейна. Маг почему-то смотрел наверх и в том же направлении вытянул ладонь с растопыренными пальцами. Рёв раздался вновь и, кажется, стал ещё громче и ближе. Хорки, борясь с самим собой, сделал ещё один неуверенный шаг. Да что же там такое? И почему он сам так боится взглянуть наверх? Разве он трус? Ещё шаг, и ещё. Наконец встав подле мастера и отпустив обмякшего Рейна, наёмник упрямо начал поднимать голову вверх. Однако, увиденное заставило его усомниться в собственном решении, ибо на секунду он забыл как дышать, а тело парализовало первобытным ужасом.
Прямо над ними на огромных кожистых крыльях парило чудовище, сплошь покрытое чёрной чешуёй.
Хорки захотелось отвернуться, бежать, забиться в самую тёмную щель и безмолвно кричать в пустоту… Но он, поражённый, стоял на месте и продолжал смотреть, как мимо них пролетает сама смерть.
Пасть монстра разверзлась, и исторгнутая ей сфера непроглядного мрака ринулась на ряды имперских гвардейцев.
— Щиты! — скомандовал Кромвель и ударил в ответ.
Его заклинание куда менее яркое и страшное, похожее на бесформенный сгусток дрожащего воздуха, врезалось в несущийся в их сторону чёрный шар. Раздавшийся после их столкновения грохот вновь заставил всех вздрогнуть, а мгновение спустя взрывы уже доносились со всех сторон. Хорки мало что смыслил в подобной магии, но даже он понял, что мастер как-то сумел разрушить целостность летящей в них штуковины. И теперь она целым сонмом отдельных частей разлетелась по округе, превращая крыши и фасады близлежащих строений в руины. Но многие из чёрных осколков падали и в переделах зажатой меж домов улицы, где вели свой бой собравшиеся здесь воины. Правда, теперь эти осколки летели не только в отряд Рейна, а вообще во всех подряд, уже не разбирая сторон и оставляя вопрос жизни и смерти нао́ткуп слепой удаче.
В случае с Хорки эту роль на себя взял Кромвель.
