— Я хотел сказать, они довольно заносчивы, — поправился я. — Но при этом хорошо обучены и вооружены. Я имел возможность сам в этом убедиться, сражаясь с ними плечом к плечу в войне Приозерья и Грозового княжества. Но вместо своего собственного победоносного похода правитель Империи созывает совет государств, чтобы разделить это бремя со всеми. Я не понимаю его стратегии.
— Если взглянуть на расклад сил, то, пожалуй, так оно и выглядит, на первый взгляд, — неторопливо рассуждал Ульдаг. — На юге силы хетов стремительно пополняются, а вскоре к ним присоединится не только флот, но и полноценная армия гезирского триумвирата. Однако они по-прежнему надёжно отсечены стоящими там войсками Империи и Закатного королевства. Попытка обогнуть Барьер с севера и вовсе похожа на безумие. Раскинувшаяся там болотина надёжно преграждает путь весной и летом. И лишь осенью с первыми ночными заморозками идущий из её глубин смрад стихает, давая возможность избежать отравления миазмами. Но этот путь всё равно остаётся крайне опасным, топи не промерзают полностью даже зимой. Так что потери у отправленных туда унов и снежцев появятся ещё до того, как они вторгнутся в Греш. А выходцы из королевства Савати так и вовсе в жизни никогда не видели снега. Можно представить, какие из них получатся воины, если их северный поход затянется до наступления настоящих холодов. Если Греш примет бой, то хоть и понесёт потери, но он точно выстоит.
— Но это лишь подтверждает…
—
— Император боится, что Греш пропустит эти войска сквозь свою территорию?
— Думаю, у него, как минимум, есть основания полагать, что конечной целью вторжения собранной наспех армии является отнюдь не Сенехим.
— Все пути ведут в Трием, — скорее утвердительно сказал я. — Но Император хочет убедить всех, что это общая война.
На озвученное предположение мастер одобрительно кивнул. Будто преподаватель, дождавшийся того, как его ученик самостоятельно через вопросы и рассуждения пришёл к правильному ответу. Сам же он лишь добавил:
— И хоть Император понимает куда именно будет нанесён решающий удар, но не знает откуда он придётся. Не удивлюсь, если бо́льшая часть его легионов попросту сторожат основные маршруты и подступы к столице. Их генералы ждут команду, чтобы выдвинуться к Корпугару и сровнять город с землёй, но… Император не отдаёт им приказа.
— Армия, способная представлять угрозу для Триема, не может возникнуть из ниоткуда. Достаточно контролировать порты и перевалы…
— Но Император считает иначе. И твоя задача, Мазай, сделать так, чтобы он не передумал.
— Что именно ты имеешь ввиду?
— Мост, — вместо мастера ответила Полема. — Он боится, что Отрёкшийся откроет Мост и проведёт по нему свою армию. Ты должен присутствовать на совете и убедить его в том, что его опасения не напрасны.
Давать такое обещание, не обдумав его, я не стал. Слишком много неизвестных, слишком мало информации. Впрочем, свои сомнения я не постеснялся озвучить вслух.
— Мне не кажется это настолько очевидным, чтобы советовать Императору оставить свои легионы там, где они стоят сейчас. Тем самым это позволит хетам и гезирцам закрепиться в Вольных городах и подготовить огромное войско для вторжения. Больше похоже на блеф, благодаря которому вся армия хетов окажется на побережье Торгового залива. К тому же пройти через Мост могут только одарённые. Даже если он проведёт по этому пути сотню верных ему магов, это не изменит ход войны. Да и это обойдётся ковену весьма дорого. Ты же знаешь про плату за проход.
— Отрёкшийся играет по своим правилам, — не согласилась Полема. — И на что именно он способен, не знаю даже я. Как бы то ни было, пока в Триеме не соберётся совет государств, Император не будет спешить. Ты должен быть там, чтобы быть в курсе вещей.
— Почему бы вместо меня не отправить мастера белой ленты, его голос на совете будет значить куда больше моего. Я всего лишь ненаследный маг-аристократ, за моей спиной не стоит многотысячная армия или сотня боевых магов.
— И поэтому Император тебя послушает, — твёрдо сказал Ульдаг. — К тому же в тебе есть много чего интересного. Но что из этого раскрывать мне или совету — решай сам. Помни лишь при этом, что чужие секреты тебе не принадлежат.
Намёк я уловил и со всей серьёзностью кивнул. Это можно было считать негласным договором, скрепляющим наши с ним отношения. Пока не доверительные, но уже имеющие серьёзные точки соприкосновения.
