— И я сыграла свою роль до конца, если ты помнишь. Сгорела в очистительном пламени. Теперь я хочу прожить
— Наш поход на север не имеет смысла, если мы отправимся туда вдвоём. Ульдаг не просто так повязал тебе эту ленту. Ты вернула себе 4-ю ступень, но лишившись печати Троих, уже не сможешь шагнуть на ступеньку выше. А значит, ни ты, ни я не сможем в одиночку открыть Мост. Поэтому нам нужно найти или ещё одного смелого идиота, не уступающего нам в рангах, или уговорить отправиться с нами какого-нибудь мастера.
— Ты рассчитываешь на помощь своего друга Кромвеля?
— Я бы от неё не отказался. Но этот упрямец не сдвинется с места, пока не убедится, что город выстоит без него.
— А я уж думала, что ты заразился от него необъяснимым благородством. А тобой, оказывается, движут вполне себе корыстные цели.
— Ты плохо знаешь меня, и ещё меньше мастера. Поверь, у него тоже есть на то свои интересы, явные и неявные.
— Тогда давай сбежим в Сенехим. Это лишь вопрос времени, когда ты сам взойдёшь на вершину. Что для тебя эти несколько лет?
— У меня нет этого времени. К тому же я заключил ещё одну сделку.
— И с кем на этот раз? — нахмурилась магичка.
— С Императором.
— А заказчиков попроще у тебя не бывает?
На это я предпочёл промолчать и вместо ответа задал свой собственный вопрос.
— Как думаешь, что им нужно? Почему они так упорно лезут на эти стены, теряя тысячи своих марионеток? Разве их цель находится не в Триеме?
— О том лучше спросить наместника. Может, он что-то такое скрывает в своей сокровищнице?
— Спрашивал. И он говорит, что там нет ничего кроме казны. Вряд ли ковен так сильно интересуют деньги, тем более что разграбление города дало бы им куда больше.
— Тогда что по-твоему?
Я бросил взгляд за её спину, туда, где укрытые стенами внутреннего города копошились тысячи людей, готовящихся отбивать очередной штурм. Что может быть ценнее человеческой жизни? И сейчас этот вопрос лежал отнюдь не в области гуманизма, а имел вполне себе прикладной смысл.
— Сорок тысяч потенциальных жертв, собранных в одном месте, — предположил я.
— В мире нет столько алтарей и их осколков, чтобы поглотить такой объём за раз, — возразила волшебница.
— До недавнего времени я считал, что невозможно отправить через Мост 30-ти тысячную армию. Но посмотри вперёд и скажи мне, что ты видишь?
— Я вижу, как в ста шагах от нас эта армия готовится пойти в бой. Возможно, ты прав, ведь даже слуги Троих ничем не лучше слепых котят, блуждающих во тьме собственного невежества. Теперь я это хорошо понимаю.
— Раз так, тогда лучше будет допустить, что способ собрать такой «урожай» у ковена есть. И я бы не хотел, чтобы у него это вышло. Нам не спрятаться в Сенехиме или где-то ещё, если Отрёкшийся одержит победу.
— А если наши хладные тела пополнят сегодня тот склад за казармой?
— Тогда нам не придётся об этом беспокоиться.
Она хотела возразить что-то ещё, но осеклась. Вместо этого она легко коснулась моего плеча рукой и шёпотом попросила:
— Просто обещай мне, Мазай, что если ты поймёшь, что город обречён, то мы уйдём отсюда. Вместе.
— Обещаю.
В этот момент горн завыл второй раз, а над участком стены, расположенным к востоку от ворот, зареяла чёрная тряпка.
— Идём, — кивнул я и сам зашагал вдоль парапета, стараясь держать спину прямо. Полема молча пристроилась рядом, а за моей спиной, на ходу одевая шлемы, шли молчаливые сейчас Бешенные Зайцы.
Да, наш отряд действительно ещё недавно поминали в Фельсе недобрым словом. И дело было даже не в том, что мы тогда так славно здесь погуляли. Просто после нашей попойки не оценивший её по достоинству наместник ввёл в городе комендантский час, запрещающий пить спиртное после наступления темноты. А зимой, как известно, темнеет рано…
Вспомнив о наших похождениях, я невольно улыбнулся. И вдруг увидел, что встреченные мной на пути простые мужики улыбаются в ответ. Ну что ж, новая репутация Зайцев и их командира зарабатывалась прямо здесь и сейчас нашими потом и кровью. Эти ставшие по неволе воинами пекари, кузнецы и лоточники были благодарны тем, кто остался защищать их, когда легион был разбит.
Но были здесь и другие. Те, кого привёл Брок. Многих из них я лично убедил подписать тот самый контракт. И для четверти из них он уже стал роковым. Так что, не все наёмники смотрели на меня с воодушевлением, памятуя о другой славе нашего отряда. Зайцы всегда ходят по краю.
Но и тем, и этим в столь сложный час не помешает порция понятной для всех мотивации. Увидев стоящего внизу наместника, с тревогой провожающего наше шествие, я не удержался и выдал очередную пламенную речь.
