Судья Фармингтон склонился над ним, и Патрик почти физически ощутил, как тот раздосадован тем, что у него перехватили инициативу.
– Искренне сожалею, Хавершем, что вам приходится терпеть насилие, однако мистер Блайт предъявил вам серьезнейшее обвинение. Лучше будет, если вы во всем сознаетесь добровольно. Причастны ли вы к смерти вашего батюшки?
Патрик в изнеможении откинулся на спинку стула. Нет, этим двоим ни к чему истина…
Сперва он полагал, что с судьей можно попытаться поговорить по душам, но когда увидел, как мистер Фармингтон безучастно наблюдает за действиями Джонатана, эта идея отпала сама собой. Теперь Патрику стало ясно: задача этих двоих вовсе не установить истину, а вынудить его сознаться в преступлениях, которых он не совершал.
– Я не стану продолжать разговор на эту тему, – сказал Патрик, приготовившись к очередному удару. – Ни слова не скажу, пока не прибудет мой адвокат.
Городок Чиппингтон состоял всего-навсего из двух улочек, а проживало в нем порядка двух сотен граждан. И хоть Джулиана прибыла в городишко в базарный день, о чем свидетельствовало стадо овец на центральной площади, чтобы отыскать судейскую контору, ей понадобилось секунды три. Она направилась прямиком к каменному домику с синими ставнями. Шла она решительно, твердым шагом, хотя чувствовала себя очень плохо. Все утро ее подташнивало, но что в этом странного? Нервы…
Эту ночь Патрик провел в городской тюрьме, а она пролежала без сна до самого утра в их постели, обнимая подушку, которая стремительно теряла его запах…
Взявшись за ручку двери судейской конторы, Джулиана несколько раз глубоко вздохнула, силясь побороть дурноту. В это время дверь резко распахнулась. Отпрянув, Джулиана прижала ладошку ко рту – отчасти от неожиданности, отчасти боясь, как бы ее не вырвало прямо на пороге.
Из дверей, надевая шляпу, выходил доктор Меррилл. Завидев Джулиану, он остановился.
– С добрым утром, леди Хавершем. Что-то стряслось?
Джулиана отрицательно покачала головой:
– Я приехала, чтобы просить у судьи Фармингтона разрешения посетить тюрьму. – Она с трудом сглотнула. – Не уверена, что до вас дошла новость, но… видите ли, доктор Меррилл… моего мужа вчера утром арестовали.
Выговорив эти слова, она вновь ощутила приступ дурноты. Всю жизнь Джулиана наивно полагала, что в британских тюрьмах содержат лишь маньяков и прочих злодеев, чтобы те не беспокоили добропорядочных граждан. Но теперь она понимала, что безоглядно верить заметкам из «Таймс» глупо.
По лицу доктора было видно, что он в курсе новостей.
– Да, я слышал об этом, – хмуро ответил Меррилл. – Мистер Блайт был вчера в «Королевской штучке» и трезвонил об этом направо и налево. – Доктор внимательно оглядел Джулиану: – Послушайте, вы ужасно выглядите. Похоже, этой ночью вы глаз не сомкнули.
– П-просто… меня слегка тошнит. Но что вы делаете здесь, в судейской конторе? – Ей вдруг пришла ужасная мысль: неужели она проделала весь этот путь лишь затем, чтобы узнать, что судья Фармингтон захворал? Судья болен?
– Нет. Меня пригласили сюда с иной целью. – Склонив голову к плечу, доктор спросил: – Вас, часом, не лихорадит?
Джулиана отрицательно помотала головой:
– Честное слово, нет, мистер Меррилл! Мне уже гораздо лучше.
И в подтверждение своих слов она лучезарно улыбнулась. Только Патрик смог бы разглядеть в этой улыбке фальшь.
– Вот и хорошо! Легкая тошнота при отсутствии лихорадки не должна всерьез тревожить молодую замужнюю даму, не обремененную недугами. Если позволите, дам вам маленький совет… не рекомендую прибегать к услугам чиппингтонской повитухи. Ей, наверное, сравнялось лет сто.
Щеки Джулианы порозовели:
– Я замужем всего несколько недель, доктор Меррилл. Уверяю вас, разговоры… такого рода преждевременны.
– Ну разумеется. – Темные глаза доктора смеялись. – Еще один маленький совет – так, на всякий случай. Можете попытаться по утрам, еще не вставая с постели, съедать что-нибудь легкое – сухой тост, к примеру. Это… э-э-э… порой помогает.
О всеблагие небеса! Похоже, вчера в «Королевской штучке» мистер Блайт обсуждал не только обстоятельства ареста Патрика!
– Я вышла замуж вовсе не поэтому! Говорю это вам тоже так просто, на всякий случай.
Впрочем, истинная причина их брака была еще позорней… Наверное, было бы куда лучше, если бы сплетни о ее беременности оказались небеспочвенны.
Доктор вновь понимающе улыбнулся, отчего сделался еще привлекательней. Джулиана, словно завороженная, смотрела на его ровные белоснежные зубы. Неудивительно, что его появление в доме за обедом так взволновало всех…
Но сейчас любыми средствами следовало отвлечь доктора от мыслей о том, что могло явиться причиной ее столь поспешного замужества.
– Говорят, вы почти безотлучно находились при умирающем графе, доктор. Семья сердечно признательна вам за доброту.
– Увы, жалею лишь о том, что не смог ничем ему помочь. Его скоропостижная кончина несказанно меня изумила. Ведь еще за неделю до смерти граф чувствовал себя прекрасно и вообще отличался крепким здоровьем.
Джулиана ощутила спазм в желудке.
