Пламенный аккорд полностью

Джесси покачал головой.

– Никто не хочет этого для тебя, Эль. Чтобы тебе пришлось пройти через это.

– Ага, что ж… я готова пойти на такой риск.

Они все молчали.

Затем Дилан поднялся на ноги, наклонился и обнял меня.

– Мы поговорим с Броуди, – сказал он, и на этот раз это значило для меня все.

– Спасибо. – Я с трудом сдержала слезы, когда Зейн тоже обнял меня.

– Спасибо тебе, – прошептал Зейн мне на ухо.

– За что?

– За то, что вернула нам нашего парня. – Он хлопнул меня по спине, дружески, но я привыкла к таким словам от Зейна, парня, который не совсем понимал, как вести себя с женщинами, которые не трахались с ним.

– Не за что, – сказала я, мягко отталкивая его.

– Итак, – сказал он, изучая меня и все еще пытаясь осознать услышанное, – ты трахаешься с Сетом?

– Зейн. Чтоб тебя… – Дилан схватил его за шею и потащил прочь.

Джесси встал лицом ко мне, закрывая мне обзор, и я услышала, как другие парни покидают церковь. Мы были одни, впервые за очень долгое время.

Он все еще не подстригся, и темные кудри почти касались его еще более темных глаз. Джесси, как всегда, выглядел потрясающе, но от этого у меня не скрутило живот, как обычно.

Его руки были глубоко засунуты в карманы джинсов. Они были выцветшими, черными, с прорехами на бедрах, а на его ногах снова красовались черно-белые кеды.

Я не смогла сдержать легкой ухмылки.

– Откуда обувь?

– Хм? – Он опустил взгляд и покачался на пятках, как часто делал Сет. – А. Кэти подарила их мне.

– Угу. Она хорошо на тебя влияет, – неохотно согласилась я. Это было правдой: с тех пор как он встретил эту девушку, от этого человека исходило тошнотворное сияние.

Его губы слегка дернулись, как будто он хотел улыбнуться, но не сделал этого.

– Ты уверена, – спросил он, – что это то, чего ты хочешь?

– Да.

– Уверена.

– Да.

Джесси обмозговал это, кивнул, затем посмотрел на сцену позади меня. Когда его темные глаза снова встретились с моими, он сказал:

– Хорошо. Я поговорю с Броуди. Мы можем устроить еще одно собрание группы в ближайшее время. Но сначала с ним поговорю я. Для него это будет нелегко, но, я думаю, ему нужно услышать то, что я ему скажу. Я единственный, кому он доверит принять решение, когда дело касается Джессы.

Я знала, что это, скорее всего, так. Но все же…

– А что, если он не изменит мнение?

– Он передумает, – сказал Джесси. – В конечном счете это наше решение. Мы вчетвером. Мы решаем, мы говорим Броуди, как все будет.

Да. Я знала это.

Мне не нравилось, что это так подействовало на Броуди, но после того, что произошло сегодня вечером… после того, как он увидел Джессу и Сета, идущих под руку вместе, и услышал их слова прощения… он должен был понять, что ему пора передумать. Зарыть топор войны, даже если он сам не был полностью готов простить.

Если мы вчетвером и Джесса сможем принять Сета обратно в группу, Броуди тоже придется это сделать. Как бы трудно это ни было для него.

Джесси шагнул ко мне и притянул к себе для краткого объятия. Когда мы оторвались друг от друга, он сказал:

– Я тоже поговорю с Сетом. Нам нужно немного времени, чтобы узнать друг друга получше.

– Ему это придется по душе, – сказала я, потому что была уверена, что так оно и будет.

Когда, казалось, больше нечего было сказать, Джесси просто произнес:

– Увидимся позже, – и повернулся, чтобы уйти. На полпути по проходу он остановился и оглянулся на меня. – Сет, значит?

– Да, – уверенно сказала я. – Сет.

– Надеюсь, ты счастлива, Эль.

– Счастлива.

– Ты знаешь… могла бы мне сказать.

– Что сказать?

– Про Сета. – Он пожал плечами, словно ему было неловко. – Ты могла бы поговорить со мной об этом.

– Точно. Как тогда, когда ты пришел ко мне и рассказал все о Кэти?

Это, похоже, задело его за живое.

– Я не знал, что ты этого хотела.

– Нет. А даже если бы и хотела, что бы ты сказал?

– Ну…

– Ты бы сказал мне, что влюблен в нее, и это, черт возьми, не мое дело.

Он скрестил руки на груди.

– Ладно. Возможно, я и сказал бы что-то в этом роде.

– Ага.

Он на мгновение задумался.

– И ты уверена, что… ты уверена, что он завязал?

– Я уверена. Я бы никогда не попросила вас, ребята, взять его обратно, если бы…

– Да, – сказал он. – Мы это знаем. Но ты же понимаешь… – Он замолчал, как будто подыскивал нужные слова. – То, что он чист сейчас… не значит, что так будет всегда, Эль.

– Да. Я тоже это понимаю.

Я действительно это понимала.

Я зашла так далеко, что в отчаянии вчера поздно вечером позвонила Руди Бейкеру, легендарному блюзовому музыканту и алкоголику в завязке, который был давним другом Dirty и попечителем Зейна в ассоциации анонимных алкоголиков. Я не являлась специалистом по зависимостям, а вот Руди был ближе всех к этому вопросу. Однажды алкоголизм чуть не убил его, но теперь он более тридцати лет был трезв и при этом все еще гастролировал, все еще жил своей жизнью в барах и вне их, играя концерты и веселясь. После этого разговора у меня осталось гораздо больше вопросов, чем ответов, но мы с Руди договорились встретиться и выпить кофе, как только я вернусь в Лос-Анджелес.