– Да, – пробормотал он, прокладывая дорожку из поцелуев вверх по моему телу, возможно помня, что я просила его поторопиться. – Это тоже продлилось бы жаркую минуту. К счастью для тебя, ты дождалась меня… – Он быстро поцеловал мою грудь, а затем втянул в рот каждый сосок и перекатил его языком, тем самым заставив меня задыхаться и, черт возьми, почти мурлыкать.
– Да, – выпалила я, – к счастью для меня, за эти годы ты научился нескольким приемам.
– Ты хочешь сказать, что я хорош в постели? – Он облизнул губы, глядя на меня сверху вниз. Когда он приподнялся надо мной, то провел своим членом по моей киске, заставляя меня дрожать.
– Ты неплох, – солгала я.
Он вошел в меня, и я вскрикнула, издав восторженный, отрывистый, дикий звук. Он зажал мне рот рукой.
– Ш-ш-ш, – прошептал он. – Не хотел бы, чтобы твои родители услышали, какой я никудышный в постели.
Затем он посерьезнел, раздвинул мои бедра и вошел. И его лицо изменилось. Стало сосредоточенным, похотливым и чертовски сексуальным… эти дымчатые глаза… эти мягкие, соблазнительные губы…
Мне не всегда нравились сильные толчки. Зависело от парня. Зависело от секса. Зависело от моего настроения. Но с Сетом… с Сетом все было иначе. Я хотела, чтобы он яростно вонзался в меня. Я хотела почувствовать его безудержное влечение ко мне.
Но было трудно заставить его вот так раскрепоститься, каким бы возбужденным и озабоченным он ни был. Я видела, что он боялся причинить мне боль.
Даже сейчас, когда он затащил меня в постель и мы воплощали в жизнь его фантазию, он был сосредоточен на этом. В конце Сет продолжал чертовски восхитительно двигать бедрами, потираясь каждой своей частью, которая была мне нужна, о каждую часть меня, которая в этом нуждалась. Он заставлял меня сжиматься, дрожать и стонать, все это время приближая именно к экстазу.
– Ты хочешь кончить?.. – не сводя с меня глаз, спросил он, когда я была почти готова. Возможно, он вспомнил, что я сказала ему вчера о том, что он может контролировать мои оргазмы…
– Заставь меня, – выдохнула я.
Дважды просить его не пришлось. Он взял мои руки и поднял их высоко над моей головой, прижимая к кровати. И его бедра… Он с силой вонзился в меня, и я была бессильна остановить это. Он задел каждое чувствительное местечко во мне… сильно, медленно, снова и снова… Пока я не закричала, кусая его за шею, чтобы заглушить свой собственный голос. Я кончила, мое тело извивалось, вырываясь из его объятий, пока он вжимал меня в кровать.
Он поцеловал меня, просунув язык мне в рот, чтобы заглушить мои крики.
Затем он кончил вместе со мной. Я почувствовала, как он напрягся, его мышцы напряглись, когда он погрузился в меня, и я наслаждалась этим. Волны экстаза… Как только я закрыла глаза, то практически почувствовала, как они пронизывают его насквозь.
После этого я выскользнула, притворившись, что мне нужно побыть одной, дабы привести в порядок свою одежду, макияж и прическу перед зеркалом на туалетном столике. Я не хотела, чтобы кто-то узнал, чем мы только что здесь занимались. В конце концов, мы были гостями на ужине. Было бы невежливо продолжать в том же духе.
Сет молча последовал за мной в холл. Он больше не пытался ко мне прикоснуться. Возможно, он знал, что я бы не хотела, чтобы он делал это при всех. Что я пока не могу позволить, чтобы кто-нибудь узнал о нас.
Что, несмотря на то, что между нами возникла мощная, неоспоримая связь, во мне все еще бурлило сопротивление. В глубине моего сознания бесконечно тикали часы.
Когда мы прощались с моей семьей, Энджи тихо обвинила меня:
– Ты что, снова влюбилась?
В ответ я притянула ее к себе и крепко обняла.
Она посмотрела на меня с легким неодобрением – за что, я не была уверена. Неодобрение из-за того, что я снова в кого-то влюбилась? Неодобрение из-за того, что я пыталась обмануть себя и ее по этому поводу? Но я не дала ей вставить ни слова. Я схватила Сета за руку и потащила его к нашей машине, где нас ждал Флинн.
Когда мы уезжали, я все еще не сказала Сету ни слова. Я знала, что держусь хладнокровно, даже слишком. Я относилась к этому так, словно это было временно. Как только альбом, или что бы там ни было, чем мы на самом деле занимались в моей студии, будет готов, мы разойдемся в разные стороны – я отправлюсь в студию звукозаписи с Dirty и нашим новым гитаристом, а затем рвану с ними в тур.
И все будет кончено.
– Твоя семья… замечательная.
Я посмотрела на лицо Сета: его слова были очень искренними. В его глазах светились какие-то эмоции, которые я не могла определить.
Я отвела взгляд, прежде чем он смог прочесть мои эмоции. Любые из них. Потому что, когда мы были одни, я боялась показывать их.
Хуже всего было, когда мы обнажались… когда Сет прикасался ко мне, целовал, обнимал… когда он был внутри меня… мое тело говорило нам обоим правду.
Что это было нечто гораздо большее, чем просто музыка.
Я больше не могла сдерживать натиск Саммер.
