Умиротворяющий плеск волн был слышен и здесь. Теплый морской ветер приносил свежесть и соль с океана, раздувал шторы и бродил по комнате, словно был еще одним невидимым гостем. В залитом солнцем холле слова Карла Багговута прозвучали неправильно, жутко. От них веяло холодом.
– Самый страшный теракт в лиделиуме за сотни, если не тысячи лет, – пробормотал мистер Лорес, коротко взглянув на меня и переведя потерянный взгляд на Брея. – Мы и представить не могли, что в наши дни может произойти что-то подобное.
– Для «Нового света» это был самый короткий и легкий путь, – сказал Андрей, ткнув пальцем в карту. – К тому же они учли ошибки Константина Диспенсера. Когда-то мир выстоял против него, потому что объединился. Теперь же, уничтожив Конгресс, посеяв в лиделиуме хаос, «Новый свет» нас обезглавил. И пока, вместо того чтобы готовиться к войне, мы будем зализывать раны, Вениамин и его приспешники нанесут настоящий удар.
– Армия в Серой зоне, – догадался Алик.
Андрей кивнул.
– Но что им нужно? – пробормотал мистер Лорес.
– Очевидно – уничтожение лиделиума, – ответил ему Карл Багговут.
– Для чего?! Чего они добиваются?
– Судя по тому, что мы видели в Конгрессе, «Новый свет» – сборище безумных фанатиков, – с досадой огрызнулся граф.
– Ничего подобного, – буркнул Брей. – Коалиция Нозерфилда вовсе не безумна.
– Тысяча смертей – небольшая плата за жизнь миллиардов, так он сказал, – призналась я.
– Кто? – резко оглянулся Нейк.
– Вениамин Нозерфилд.
Андрей вздернул голову.
– Ты видела Вениамина?
– Да, – я невольно сжалась под пристальными взглядами всех остальных, – он был в Конгрессе, когда все началось. Не физически, разумеется…
– Он говорил с тобой?! Что он сказал?
«
Меня передернуло.
– Больше ничего, – сглотнув, сказала я. – Только это. Он говорил так, будто верил, что спасает жизни, а не наоборот.
Андрей нахмурился, но ничего не сказал. Лишь быстро переглянулся с Нейком. И он, и герцог мгновенно уловили, что я сказала им не всю правду.
– Почему он говорил с вами? – встрепенулся мистер Лорес.
– Не знаю. Он был близок с Анной, а я… Мы с ней похожи. Может, он рассчитывал привлечь меня на свою сторону.
– И как нам убедиться, что он этого не сделал? – сухо уточнил судья.
– Простите?
– Откуда нам знать, что вы все еще не на его стороне?
– Вы, верно, шутите, – ошеломленно сказал Алик. – Мария была там. Она первая, кто предупредил вас о Вениамине и «Новом свете»…
– И это нас не спасло, – ощетинился мистер Лорес.
– К чему вы ведете? – ледяным тоном отозвался Андрей. Его глаза вспыхнули и мгновенно устремились к судье.
– Поль, если у тебя есть вопросы к Марии, лучше озвучь их сейчас, – устало отозвался Брей.
– Еще вчера мисс Эйлер должна была предстать перед Верховным судом за многочисленные преступления, – отозвался Поль Лорес. – А сегодня…
– Верховного суда больше нет, – напомнил Андрей. – Трое из семи судей мертвы. А на избрание новых могут уйти месяцы.
– Что могло быть весьма на руку мисс Эйлер.
Мои глаза едва не вылезли из орбит, когда я повернулась к Лоресу.
– Вы хотите обвинить в этом меня?!
Между бровями судьи залегла складка.
– Наоборот, – отозвался он. – Я считаю, что вы еще можете доказать свою верность Конгрессу и Галактическому обществу. Возможно, даже заслужить шанс на искупление.
– Что вы имеете в виду? – опешила я.
– Вы можете помочь вычислить всех сторонников Вениамина и сдать их нам. Всех до единого. Это не должно быть проблемой… с вашими способностями.
– С моими способностями? – собственный голос показался мне чужим.
– Раз Вениамин сам вышел на вас – значит, вы ему нужны. Используйте это, сдайте его и весь его круг. Это спасет миллиарды жизней. За такое даже с вашими преступлениями можно получить амнистию.
– Вы предлагаете, чтобы мисс Эйлер покопалась в голове у всего лиделиума? – процедил Андрей. Его пальцы сжались и вновь расслабились, когда он с нескрываемым раздражением посмотрел на судью.
– Мария не хертон, – добавил Алик.
– Мисс Эйлер в разы ценнее, чем хертон, – невозмутимо подтвердил мистер Лорес.
– Ты несешь чушь, Поль, – небрежно отмахнулся Брей, будто имел дело с бреднями малых детей. – Я даже не хочу это слушать.
Поль Лорес вспыхнул как спичка, но Карл Багговут его опередил.
– Не такая уж это и чушь, – с сомнением сказал он, бросив в мою сторону быстрый взгляд.
Граф добавил что-то еще, но что именно – я не расслышала. Из-за резко подкатившей волны жара мне вдруг стало так душно, что потемнело в глазах. Я встала, опершись о поручни взмокшими ладонями.
– Мне нужна пара минут, простите.
Пробормотав что-то неразборчивое по пути, я выскользнула из холла. Прибрежный ветер охлаждал лицо. Я шла босиком. Мелкие камни царапали ступни, а мягкая, еще влажная от росы трава щекотала щиколотки. Это дарило ощущение приземленности.
