На секунду замерев, я бросил взгляд в сторону Цурабова. Ощутил волну его гнева, смешанного с чувством удовлетворения. Взрождённый Пустотой ублюдок искренне радовался, считая, что обрёк меня на гибель. И по какой-то неведомой мне причине считал, что не погибнет сам.
Впрочем, с этим заблуждением он расстался уже в следующую секунду. В тот самый момент, когда эйдосы шестилапых местных монстров разорвали его энергоструктуру на куски. А примчавшийся Ровер вцепился в сверкающие Изначальной силой звёзды.
Поглотить его силу напрямую для меня было бы невозможно. Поэтому я снова задействовал своего боевого зверя. В данном случае выступающего своего рода дистанционным инструментом.
Прямо сейчас пёс пропускал через себя весь поток трофейной мощи, отправляя его дальше мне. При этом, половину оставляя самому себе. Впрочем, проблемой это не было. Зато ею стало иное — воспоминания убитого аристократа. Лигату, которая позволяла их усвоить, я сформировал внутри энергетической структуры Ровера буквально несколько секунд назад. Прямо во время схватки с земляными големами. Но скорость сыграла свою роль — пара мелких, и казалось бы, на первый взгляд, незначительных ошибок изменили логику работы печати. Вместо того чтобы транслироваться напрямую мне, обрывки чужой памяти сначала проходили через разум Ровера. Заставляя его то испуганно скулить, то яростно лаять, то грозно рычать.
Даже если не принимать в расчёт последствия для разума самого зверя, имелся ещё один неприятный момент. Добрая половина осколков чужих воспоминаний после контакта с сознанием пса полностью и безвозвратно угасала. И поделать с этим, я ничего не мог.
Остановившись на месте, прошёлся взглядом по расплывающимся големам, потерявшим контакт с хозяином. И разочарованно вздохнув, потянулся к разуму зверя, стабилизируя его и помогая выдержать натиск чужой памяти.
Спустя десять секунд всё было кончено. Ровер пропустил через себя всю трофейную память, распылив солидную её часть, а я собрал остатки и надёжно упаковал их внутри своего разума.
Правда, стоило мне усесться на один из камней, собравшись просмотреть каждый из трофейных отрывков и попытаться понять, с чем именно я здесь столкнулся, как пёс отправил мне сигнал тревоги. Эмоциональный импульс, сверкающий раздражением, злостью и удивлением.
Когда тот рванул вниз по склону, одним махом преодолев полсотни метров, я едва успел его притормозить. После чего пёс передал мне мыслеобраз. Скрючившуюся пополам фигуру седого бородатого мужчины, который удивлённо оглядывался по сторонам.
Когда над обнесённым мощным барьером полем внезапно вырос громадный купол, Самоедов почти не удивился. Не то чтобы командир мертвоборцев ждал именно такого развития ситуации. Тем не менее, был полностью уверен, что дуэль окажется необычной. Иначе не могло и быть.
Сложно ожидать простого поединка от человека, который успешно разобрался с целой толпой упырей. Собственно, именно так офицер его и обнаружил — по энергетическому следу, который остался в центральных кварталах Омска. Сначала не поверив отчёту внештатного эксперта, присланного Веритиным, но в конце концов убедившись, что тот прав.
Что до иных доказательств — их полковник собрал уже позже. Методично проработав каждый эпизод дела. Естественно, следователем он не был, но в целом схему их работы представлял себе неплохо. Тем более мертвоборцам подобными вещами тоже порой приходилось заниматься.
Поймав на себе ещё один заинтересованный взгляд Андрея Цурабова, Самоедов демонстративно отвернулся. Будь его воля — взял бы их всех прямо на месте. Арестовал, отвёз в острог и допросил. С пристрастием. Как и полагается делать, если ты подозреваешь кого-то в использовании упырей для достижения личных целей. В конце концов, молодой германский барон, который вовсе не был похож на выходца из маленького княжества, говорил именно об этом. Не напрямую, естественно. Всего лишь намекал. Но подтекст был очевиден — Цурабовы использовали мёртвых тварей.
Чего это не объясняло, так это начавшейся войны двух фамилий. Ведь германец мог просто прийти к ним и всё рассказать. Либо заявиться в Тайный приказ и выложить историю там. Но вместо этого он ринулся в бой сам. Что, если подумать, вызывало громадное количество вопросов.
— Как думаете, что это такое? Какой-то вариант иллюзии? Или господин Цурабов прямо сейчас зажигает внутри купола маленькое солнце?
Покосившись на подошедшего к нему графа Кольцова, полковник тихо вздохнул. «Зажечь маленькое солнце» — задача не такая уж и простая. Сделать же это внутри подобного изолированного участка, вовсе доступно лишь самым высокоранговым Наделённым. Впрочем, было понятно, что его сиятельство всего лишь шутит. А вместе с тем пытается завести светскую беседу. Скорее всего, рассчитывая выяснить, с какой целью около места проведения дуэли ждёт целая группа мертвоборцев. Укомплектованная так, как будто они готовятся немедленно вступить в бой. Не говоря уже о целителе, присутствие которого офицер тоже обеспечил.
