Я продолжал свои попытки ровно до того момента, как мы оказались около величественного здания с массивными высокими колоннами. И громадными буквами, которые формировали на вывеске название — «Имперский университет высоких искусств». Само собой, заинтересовало меня вовсе не это. А специфический оттенок силы, которым так и несло от этого здания.
Учитывая, что здание находилось в самом центре имперской столицы, никого из местных этот оттенок энергии явно не беспокоил. Что было вполне логично — откуда им знать, как именно ощущается защитный комплекс, используемый Корпусом Немезиды? Вот я его узнал сразу же. Пусть за пределы здания пробивались лишь слабые отголоски, ошибиться тут было невозможно.
Какое-то время я молча сидел на месте, размышляя над неожиданной находкой. Потом повернул голову к Бестужеву.
— Боюсь, планы немного изменились. Вы можете отправить в Омскую губернию своего человека? Или, ещё лучше, попросить Морозову доставить назад ваш аэролёт? Заодно прихватив с собой моих людей.
В глазах гусара блеснула заинтересованность.
— Могу я узнать причину? Буквально десять минут назад вы утверждали, что хотите немедленно вернуться в Омск. Как можно быстрее.
Иронично усмехнувшись, добавил:
— О том же самом говорили мне всего секунд тридцать назад. А теперь желаете задержаться в столице.
Прищурившись, обернулся назад, охватывая взглядом улицу и транспорт. Вопросительно взглянул на меня.
— Я пропустил какую-то особенно красивую даму? Кого-то из посольства Японской империи? Или к нам прибыла делегация из Южной Америки?
Усмехнувшись, я покачал головой.
— Личные причины. Ничего более.
Я по-прежнему с трудом разбирал, где начинается настоящий Бестужев, а где я наблюдаю искажение его личности. Хотя, как знать — возможно, всё его сознание уже давным-давно искалечено. Взглянуть на ментальную составляющую гусара у меня так и не вышло.
Сам Бестужев после недолгой заминки согласно кивнул.
— Раз вы так желаете, можно задержаться в столице. Рекомендую отель «Золотой орёл». Лучший сервис в городе. Без малейшего преувеличения. Меня оттуда ещё ни разу не выставляли.
Я чуть наклонил голову, показывая, что принял рекомендацию к сведению. А сам гусар вдруг хлопнул возницу по плечу.
— Останови-ка здесь, друг мой. Пять минут, и продолжим путь.
Тот действительно притормозил, останавливая пролётку. А гусар сразу спрыгнул на землю. Обернувшись, бросил на меня вопросительный взгляд — пришлось последовать за ним.
Военный, к моему удивлению, зашагал к заведению, на витрине которого были выставлены торты и пирожные. По пути повернул ко мне голову.
— Лучшие лакомства, которые обожают абсолютно все. Если нет членской карты, соваться сюда бесполезно. Не продадут. Ни за какие деньги.
Удивившись, я более внимательно оглядел заведение. На первый взгляд, ничего необычного там не было. Обычная кондитерская с простенькой вывеской, на которой был изображён человекоподобный ёж в смокинге и с куском торта в правой лапе. Забавный подход. Тем не менее, готовили они явно вкусно — любителем сладостей я никогда не был, но о членских картах для кондитерской слышал впервые.
Гусара здесь узнали. Поприветствовали сразу, как он появился внутри, и сразу после этого заявили, что новых членов клуба они больше не принимают. Видимо, посчитав, что он привёл меня для того, чтобы тоже получить членскую карту.
Бестужев на реплики никак не отреагировал. Да и в целом, повёл себя не слишком привычно. Вместо того, чтобы продолжать диалог или начать флиртовать с одной из двух девушек, что работали за прилавком, военный принялся изучать ассортимент.
Покинули кондитерскую мы только спустя десять минут. После того, как гусар пересмотрел все продающиеся лакомства и выбрал подходящие. Причина его тщательного подхода стала ясна после того, как я заметил небольшую табличку, гласившую, что одному клиенту продаётся не больше пяти порций в день.
Вернувшись в пролётку, Бестужев какое-то время задумчиво рассматривал коробку со сладостями. Периодически косясь в мою сторону и морща лоб. В конце концов открыл её и завис ещё на добрых две минуты, сверля взглядом три пирожных и пару кусков торта. Наконец, взял один из последних и протянул мне.
— Расхвалить и не дать попробовать будет невежливо. Жаль, но я не могу позволить себе порочить честь гусара. Потому — извольте.
Секунду подумав, чуть прищурил глаза и другим тоном добавил.
— Конечно, если желаете.
Последняя фраза несла в себе столько надежды на мой отказ, что я машинально усмехнулся. Тем не менее, она же в достаточной степени раззадорила мой интерес. Заставив взять кусок торта из рук военного и, внимательно осмотрев, вонзить в тот зубы.
Через мгновение я уже понимал, чем обусловлено его нежелание делиться. Торт и правда был потрясающим. Настолько, что я сам не заметил, как мгновенно съел всё угощение. Я пробовал разные лакомства в сотнях разнообразных миров. Но, пожалуй, ещё никогда не ел настолько вкусного. Конечно, если исключить ситуации, когда за плитой стоял кто-то, наделённый божественной силой.
