Машинально повернув голову, увидел, как Одоевский, в чьей правой руке был сжат ещё один метательный нож, вдруг споткнулся. И, неловко пошатнувшись, рухнул на пол, упав прямо на свою выгнутую правую руку. А сталь артефактного ножа, который он держал, вошла в череп аристократа.
Удивлённо моргнув, я остановил процесс разрушения барьера внутри перстня и мельком глянул на Бестужева. Который, несмотря на полученный приказ, тоже замер на месте, рассматривая рухнувшего дворянина. На какую-то секунду в комнате царила полная тишина.
А потом на пол глухо упала Даника.
В следующую секунду Родион снова отправил в полёт божественные ножи. Как только те коснулись тела Одоевского, к юному богу хлынул поток трофейной силы. Аристократ был окончательно и бесповоротно мёртв.
Я тоже потянулся к трупу нитью из Изначальной силы, забирая себе небольшую часть энергии. После чего повернул голову к Бестужеву.
— Открой разум! Прямо сейчас!
В глазах глянувшего на меня гусара засветилось откровенное недоумение. Которое, спустя секунду, сменилось пониманием. А спустя ещё одно мгновение он снял все защитные барьеры.
Как я и предполагал, погибший Одоевский был тем самым человеком, на которого оказались завязаны ментальные узы военного.
Естественно, полностью они никуда не исчезли. Тем не менее, заметно ослабли, сохранив лишь компоненты, отвечающие за общую лояльность фамилии Одоевских. С тем, чтобы преемник погибшего смог перехватить управление и получить полный контроль над сознанием гусара.
Впрочем, спустя секунду выяснилось, что первое впечатление было ложным. Структура ментальных печатей укреплялась буквально на моих глазах, стремительно возвращаясь к своему нормальному состоянию. Судя по всему, эффект был временным — обусловленным исключительно исчезновением предыдущего «хозяина», который погиб буквально в десяти метрах от гусара.
Правда, в этот раз откатиться к обычному состоянию им никто не позволил. Не сказать, что я был специалистом в ментальных плетениях, но для того, чтобы предотвратить процесс отката, моих знаний хватило. Более того — вышло надёжно зафиксировать их в стабильном положении. А потом — начать уничтожать, концентрируясь на отдельных компонентах и растворяя их при помощи божественной мощи.
Закончить процесс удалось относительно быстро — спустя какие-то три-четыре минуты гусар был свободен. Правда, как быстро выяснилось, оставаться в стабильном состоянии, не мешая мне, Бестужеву стоило дорого. Стоило завершить процедуру, как тот рухнул на колени, уставившись перед собой расфокусированным взором и тяжело дыша.
Я же развернулся на месте, бросившись к Данике. Отрава, которая до того расползалась по моему организму, благополучно растворилась в потоке трофейной энергии. Пусть её было не слишком много, но вполне достаточно, чтобы разобраться с заразой, которую Одоевский интегрировал в свои артефакты.
Проходя мимо Милославы, которая тоже осела на пол, встав на одно колено и отчаянно борясь с отравой, я на момент задержался. Коснулся её плеча пальцами и влил порцию недавно полученной трофейной мощи, восстанавливая плоть, растворяя заразу и вышвыривая её остатки за пределы энергетической структуры русалки.
С одной стороны, заняться этим стоило сразу же после гибели Одоевского. Но с другой — Бестужев представлял не меньшую опасность, чем мёртвый князь. И оставь я его в прежнем положении, мог запросто перебить нас всех.
Растворив отраву в организме Милославы, я одним длинным рывком сместился к Данике. Дева неподвижно лежала на полу, но точно была жива — я хорошо чувствовал вибрации энергетической структуры. Вот только в процессе воздействия на аристократа она изрядно перенапряглась. Да, находясь в лагере, дворянка не прерывала своих тренировок, раз за разом пытаясь воздействовать на животных. Тем не менее, разница между условной белкой или зайцем и Пробуждённым высокого ранга была такой же, как между крохотным камнем и бетонной плитой весом в пять тонн.
Если бы в данном случае речь шла о применении обычной Изначальной силы, у неё бы никогда подобное не вышло. Но Данике требовалось использовать Талант, который пусть и зависел от личной мощи каждого Пробуждённого, но в немалой степени был привязан к эмоциональному состоянию. Тогда как у девы оно явно было далёким от стабильного. А после того, как мы с русалой получили ранения, судя по всему, вовсе вышло на высокий пик.
Как итог — ей удалось повлиять на судьбу Одоевского. Да не просто заставить его совершить ошибку, а фактически убить князя на месте. При этом практически полностью исчерпав свою энергетическую структуру и наполовину её разрушив.
Опустившись на колено около Пробуждённой, я коснулся пальцами её руки и принялся за работу, восполняя энергию, которая должна была плескаться внутри звёзд, восстанавливая энергетические каналы и регенерируя плоть. В какой-то момент рядом вдруг оказался Бестужев, который молча установил энергетический канал и принялся вкачивать собственную Изначальную силу, позволяя распоряжаться ей на моё усмотрение.
