– Это верно, – тихо сказала Равна. – Но дело не только в тебе или в том, что ты здесь недолго. Можно изучать это всю жизнь и все равно ничего не знать. Сколько времени нужно рыбе, чтобы понять побуждения людей? Аналогия не слишком хорошая, но единственно надежная. Мы по сравнению с Силами Перехода – просто безмозглые твари. Все, что люди вытворяют с животными – изобретательность, садизм, милосердие, геноцид, – все это в миллион раз изощреннее развивается в Переходе в миллионе направлений. Зоны – это естественная защита. Без них вряд ли возник бы человеческий или эквивалентный разум. – Она махнула рукой в сторону туманных клубов звезд. – Край и то, что под ним, – это океанская бездна, и мы – твари, плавающие в глубоких водах. Мы настолько ниже тех, кто на поверхности – как бы они нас ни превосходили, – что им нас не достать. Конечно, они забрасывают сети, а бывает, насыщают верхние слои ядом, который мы даже не замечаем. Но глубокие воды остаются относительно безопасным местом.
Равна остановилась. Аналогию можно было продолжить.
– И точно так же, как в океане, есть постоянный дрейф планктона в глубину. Есть вещи, которые можно сделать только Наверху, для которых нужны почти разумные заводы, но которые могут здесь работать. Синяя Раковина кое-что назвал в разговоре с тобой: антигравитационная ткань, разумные устройства. Такие вещи являются величайшим физическим богатством в Крае, потому что мы сами их делать не можем. А их добыча – смертельно рискованная затея.
Фам отвернулся к ней от окна и звезд.
– И всегда есть «рыбы», которые кончают жизнь, пробиваясь к поверхности.
Равне показалось, что она потеряла его, пойманного романтической смертельной мечтой о Переходе. А он говорил:
– Маленькая рыбка, рискующая всем ради кусочка божественности… и не умеющая, даже если найдет, отличить небеса от ада.
Равна почувствовала, как он вздрогнул, и тут же его руки обвились вокруг нее. Она наклонила голову и встретила его ждущие губы.
У Равны давно не было практики. И уж конечно не было свежего опыта для сравнения. Но Фам Нювен был хорош,
