– Мне жаль тебя, Фам Нювен. Пока ты не слишком о себе задумываешься, ты – самый самоуверенный тип во всем космосе. Но все твои умения, все достижения – ты пытался их получше изучить? Спорить могу, что нет. Быть великим воином или пилотом – это требует миллионов мелких навыков, вплоть до кинестетических мелочей на подсознательном уровне. Старику надо было подделать только верхний уровень и сильную личность. А ты загляни под поверхность, Фам. Боюсь, ты там найдешь целую кучу пустоты.

Рыжий скрестил руки на груди и пальцем постукивал по рукаву. Когда у Равны наконец кончились слова, он улыбнулся широко и покровительственно.

– Ах ты, глупая ты Равна. Ты даже сейчас не поняла, как превосходят нас Силы. Старик – это тебе не какая-нибудь тирания Среднего Края, промывающая своим жертвам мозги фальшивыми воспоминаниями. Даже подделка, созданная Перешедшим, куда глубже, чем реальный образ в мозгу человека. И как ты можешь знать, что это на самом деле подделка? Ты покопалась в архивах Ретрансляторов и нашла мою Кенг Хо. – Он остановился. Вспоминая? Или пытаясь вспомнить? На долю секунды на его лице мелькнули страх и растерянность. Потом они исчезли, и вернулась та же ленивая улыбка. – Может ли кто из нас представить себе, какие архивы в Переходе, представить себе, что должен знать о человечестве Старик? Организация Вриними должна быть ему благодарна за то, что он разъяснил мои истоки – самим бы им никогда не докопаться.

Послушай, Равна. Мне и в самом деле жаль, что я не могу помочь. Пусть это будет дурацкая попытка, я бы хотел видеть этих детей спасенными. А насчет Погибели не волнуйся. Она почти достигла максимума расширения. И даже если вам удастся ее разрушить, для тех, кто уже поглощен, лучше не станет. – Он рассмеялся, может быть, чуть громче, чем надо. – Ладно, я должен идти. У Старика есть для меня еще несколько поручений на сегодня. Он не очень одобрял этот наш разговор, но я настоял. Преимущества автономного задания, как видишь. Но мы с тобой… нам было вместе хорошо, и я думал, нам приятно будет поболтать. Я не хотел тебя злить.

Фам включил антиграв и взлетел над песком, сделав краткий приветственный жест рукой. Равна подняла руку, чтобы помахать в ответ. Его силуэт странно мелькнул, когда он вышел из пригодной для дыхания атмосферы Доков и включился космический скафандр.

Равна смотрела еще несколько секунд, пока фигура не стала еще одной летящей точкой в индиговом небе. Черт побери все.

Позади послышался скрип колес по песку – Синяя Раковина и Зеленый Стебель вылезали из воды. Вода блестела на боках тележек, превращая косметические полосы в зазубренные радуги. Равна пошла им навстречу. Как им сказать, что помощи не будет?

С представительством кого-то вроде Фама Нювена Старик был совсем не таким, как она воображала в школе на Сьяндре Кеи. Она была близка к мысли, что может различить их просто по разговору. Теперь она пыталась себе представить существо настолько могущественное, что оно играло с душами, как программист играет с анимированной графикой, и настолько от нее далекое, что лишь его безразличие служило ей защитой.

«Ты еще радоваться должна, Равна. Ты только чуть опалила крылышки на огне».

<p>16</p>

Следующие недели дела шли на удивление хорошо. Несмотря на катастрофу с Фамом Нювеном, Синяя Раковина и Зеленый Стебель все еще желали лететь в спасательную экспедицию. Организация Вриними даже подкинула дополнительные ресурсы. Равна каждый день предпринимала телепосещение ремонтной верфи. «Внеполосный» хотя и не получил приспособлений из Перехода, но подвергся полному и экстраординарному переоборудованию. Он плавал в золотой паутине строительных лесов, миллионы крошечных роботов выращивали новые формы корпуса придонного люггера. Иногда корабль казался Равне хрупким мотыльком, а иногда – глубоководной рыбой. Перестроенный корабль сможет выжить в самых разных средах: у него были шипы судна с гипердвигателями, но корпус был вытянут вдоль и имел осиную талию – классическая форма корабля для придонных полетов. Придонный люггер должен уметь двигаться в опасной близости Медленной Зоны, а поверхность Зоны трудно определить издали, и еще труднее составить ее карту, потому что она подвержена миллионам кратковременных изменений. Для люггера вполне вероятно оказаться на один-два световых года внутри Медленной Зоны. И тогда приходится благодарить бога за наличие субсветовых двигателей и гибернаторов. Конечно, вернувшись в цивилизацию, ты окажешься безнадежно устарелым, но ты хотя бы вернешься.

Равна перемещала точку зрения вдоль шипов гипердвигателей, выступающих из корпуса. Они были шире, чем у большинства прибывающих к Ретрансляторам кораблей. Для Среднего и Верхнего Края такая форма не оптимальна, но с помощью соответствующих (то есть работающих в Нижнем Крае) компьютеров корабль возле Дна будет лететь не медленнее, чем всякий другой.

Перейти на страницу:

Все книги серии Зоны мысли

Похожие книги