— Тут придется прыгать. Ступенька подкинет. Решетку видишь?
— Вижу, — прозвучал запыхавшийся негромкий ответ. Мутные золотистые глаза в прорезях маски изучали занятную конструкцию высоко над головой.
— Передохнем?
— Иди. Там отдохнем.
— Хорошо, — не стала спорить Сальвет.
Повиснув сосиской на прутьях, Сальвет поползла в сторону, чтобы Вейлей не зашиб. Звать и ждать того не пришлось. Ухватился, не упал. Сальвет готова была начать им гордиться, поскольку видела, насколько Вейлею паршиво.
— Ты мне льстишь, — выдохнул Вейлей, изучая размеры дырок в решетке, под которой они с девушкой висели.
— Конечно, льщу! Что еще делать с мужчинами, как не хвалебные оды вам петь? — усмехнулась Сальвет и пришла в движение. — Давай за мной. У стены дырка больше. Протиснешься как-нибудь.
Как-нибудь у них в самом деле получилось. Не без труда, заплатили разорванным рукавом рубашки и ободранным плечом Вейлея, но они сделали это! Сальвет выдохлась, втаскивая своего спутника наверх, невзирая на все против, и уселась рядышком возле стены. Солнцерожденный у плеча вызывал невольное чувство безнадежности. Им предстоял дальний путь, а он едва в сознании.
Полчаса спустя сделали первый привал. Вейлей допивал третий ойл, оставалось еще два. Скорость продвижения заметно снизилась, солнцерожденного шатало.
Четвертый ойл допил еще через пятнадцать минут. Пятый — через десять. Сальвет проводила склянку взглядом. Ойл выпили залпом и сразу до дна. У них есть минут десять. Чем потом поднимать на подгибающиеся ноги мужчину она не представляла.
— Стоять! — учуяв неладное, Сальвет спрыгнула вниз и ухватила Вейлея за воротник. Дернула на себя и прислонила спиной к стене колодца, благо ступень оказалась рядом. — Не падай. Садись. Ты как, Вейлей? Предлагаю отдохнуть.
На нее из прорезей маски смотрели мутные золотистые глаза.
— Тебе нужно идти дальше одной, Сальвет. Боюсь, у меня больше не получится взобраться ни на одну ступень. На ногах не стою. Иди, Сальвет. Не теряй больше времени.
— Бегу, — улыбнулась Сальвет, сидя рядом на коленях. — Все бросаю и бегу. Не придумывай, Вейлей. Сейчас отдохнешь, и продолжим подъем. Тут немного осталось. Честно тебе говорю. Мы почти все уже прошли. Еще чуть-чуть и в Хатур.
Продвижение вверх почти окончательно застопорилось. Вейлея хватало после отдыха сначала на десять ступеней, потом на пять. Довольно долго Сальвет сидела, ожидая, когда мужчина очнется после потери сознания.
— Уходи, Сальвет, — звучал из-под маски приглушенный голос с замысловатым акцентом.
Сальвет перевела взгляд от противоположной стены колодца, на которой заметила тонкую серую трещинку. Кажется, время существования этого светлого прохода между мирами подходило к концу.
— Очнулся, — с улыбкой отметила она.
— Сальвет, я серьезно. Оставь меня и уходи. Ты же видишь, что больше не могу подниматься. Нет смысла убиваться обоим.
— Ох, Вейлей. Неужели ты в самом деле думаешь, что я захочу так поступить? Ты же мне нравишься. Ты это знаешь. И я тебя брошу? Как я после этого спать-то буду⁈ — в притворном ужасе воскликнула Сальвет.
— Ты? — переспросил с улыбкой в голосе Вейлей. — Ты будешь прекрасно спать, что бы в твоей жизни не случилось.
— Скорее всего, — весело согласилась Сальвет.
— Тебя это смешит? То, что мы тут подохнем оба?
— Мы хотя бы попытались. Ра Зу я уже все объяснила. И пока мы не подохли, ты должен перед ней извиниться.
— За что? — взгляд опустился на плечо девушки. Харпи сидела на плече совершенно спокойно, болтая тонкими босыми ножками. В своем салатовом платьице и с блестящими крылышками харпи была похожа на маленькую сказочную фею. — Не обещал самому вернуться в Хатур.
— Да причем тут ты? — Сальвет даже поморщилась. — Извиниться, что не предупредил о том, с кем собрался ее оставить. Что у этого кого-то не все дома, полный ужас с эмоциональными связями и вообще она на голову повернутая.
— Почему ты так о себе? — сощурились глаза в прорезях маски. — Хочешь казаться хуже, чем есть?
— А кто тут сказал, что я плохая? Лучшая кандидатура на роль няни для крохи! Уж получше некоторых, которые приперлись в Шар с мыслями там подохнуть. Еще и тень солнца выпил, придурок несчастный.
Харпи на плече солнцерожденной переводила взгляд туда-сюда, пока эти двое ругались. Звучало на удивление тепло и как-то занятно, несмотря на всю резкость и даже грубость слов.
Дрожь колодца оборвала выяснение того, кто больший идиот, на корню. Сальвет с Вейлеем смогли подняться еще ступеней на двадцать за последние несколько часов. Дальше даже просто подняться на ноги мужчина не мог, периодически теряя сознание.
— Сальвет, — прошептали у колен.
— Убегаю, — эхом в тон откликнулась она. — Видишь, только пятки сверкают. Ладно, коленки. И те под штанами. Знаешь, надо было тебя соблазнить там, на решетке внизу. Не очень удобно, но хотя бы с удовольствием провести последние часы жизни. А? Как тебе идея, Вейлей?
— Паршивая. Уходи, Сальвет.
— Ухожу.
— Ты мне не нравишься. Зачем тебе умирать? Просто так ведь.
