— Понятия не имел! Но призвать получилось. Я даже на время стал его учеником. Но и здесь меня постигла неудача. Из-за собственной глупости я попал в один неприятный мир, где чуть не погиб. Наставник успел меня вытащить, но о продолжении учения речь уже не шла. Я снова вернулся домой. И вполне бы уже окончательно скатился в депрессию, если бы не один момент. Из того неприятного мира мне повезло взять с собой одну книгу. Как оказалось, она тоже снилась мне в том странном сне. Но забылась, пока я не наткнулся на нее. Книга была странная: в необычном переплете и на совершенно незнакомом языке. Я и узнал-то ее изначально по картинкам. Но, честно сказать, почувствовал еще до того, как раскрыл.
— А такое бывает?
— Как видишь… — Игорь погрузился в воспоминания. — Несколько месяцев я тщетно старался расшифровать язык книги. Но я не лингвист. И, как оказалось, язык этот не имеет ничего общего с привычными нам. И если бы не довлеющее ощущение важности этой книги, я бы давно забросил ее на пыльную полку. Однако, спустя несколько месяцев наступил момент, когда текст стал мне настолько же понятен, как если бы он был написан моим родным языком.
— Это как? — растерялась Вита. — Просто — раз — и ты все понимаешь?
— Ага! — улыбнулся он. — Проснулся я как-то утром, взял книгу и начал ее читать. И только на третьей странице сообразил, что именно читаю, а не расшифровываю. И из книги я узнал об этой планете и тех лабораториях, по которым мы с тобой бродили давеча, и той цивилизации, что все это создала.
Склонив голову, он посмотрел на реакцию девушки.
— И ты здесь из-за них?
— Ну, я в некотором роде фаталист. Считаю, что ничего не происходит так просто. А тут настолько необычные стечения обстоятельств.
— А мне кажется, что в тебе снова проснулся ученый. И ты попросту не мог пройти мимо возможности изучить древнюю цивилизацию и ее лаборатории.
— Может и так… — не стал спорить Игорь. Он только собирался рассказать об истинной цели своих поисков, но передумал. — Что-нибудь уточнить хочешь?
Вита призадумалась.
— Во-первых, что такое уни-вер-ситет?
Не знать такое…
— Это как школа самого высокого уровня. Там обучают будущих ученых. А у вас такого нет?
Девушка замотала головой.
— У нас все обучение и развитие происходит в заповедниках. Ну, или ведниках, как мы их называем между собой. Это от старого слова ведать. В смысле — знать, понимать.
Игорь кивнул.
— Я знаю это слово. Еще у нас есть слово «заповедь». Теперь ясно, почему у вас так называется ваши аналоги наших школ.
— Кстати, у нас тоже есть старое слово «универсум». Но оно не связано с наукой. Обозначало весь мир вокруг, включая полностью вселенные и смежные миры.
— Емко. Что-то еще?
— Ага. Ты любил жену?
— Конечно! — искренне удивился он. — Как можно жить с человеком, которого не любишь?
— Но мы же с тобой сейчас как-то живем вместе?
Нервный смешок вырвался у Игоря.
— Давай без манипуляций. Это совсем другое!
— Но почему? Неприязни у нас нет. Быт вполне семейный.
— Во-первых, кто-то очень даже навязался на мою голову. Во-вторых, мы и месяца еще не прожили рядом. В-третьих, наши отношения скорее дружеские. — А с его стороны даже больше отеческие! — В четвертых…
Он замолчал, сообразив, что акцент на ее маленьком возрасте очень даже может зацепить. Девочка, как-никак.
— И что — в четвертых?
Недовольная мимика выдавала, что Вита очень близка в догадках к тому, что хотел сказать мужчина. Твою ж налево! Теперь выкручивайся.
— У меня есть теория, что у мужчин с любовью очень своеобразные отношения. В том смысле, что она крайне редко вспыхивает в мгновение. В большинстве случаев процесс развивается от привязанности к большому чувству, проходя через стадии дружбы, партнерства и любовников. Как видишь, мы с тобой пытаемся сейчас стать хорошими друзьями для начала.
Кажется, ему удалось выкрутиться.
Пока.
Кажется, надо побыстрее смываться.
Вита вызвалась немного его проводить. Она настояла, что будет совсем нечестно, если отмолчится в ответ на рассказ Игоря. Не по-дружески. И поскольку ей все равно придется идти собирать растения для салата, то почему бы не пройтись немного вместе⁈
— Как и тебе, мне повезло родиться сознательной, — начала она, чем сразу же озадачила.
— Уж прости, — перебил ее мужчина. — Но я опять таки не понял. Чем в твоем понимании отличаются сознательные и несознательные? Это какое-то расовое или статусное различие?
Она с недоверием покосилась на спутника.
— Совсем нет. Это врожденные способности к умственной деятельности. Например я уже к пяти годам научилась читать и смогла пройти тесты для принятия в заповедник. Моим родителям повезло. Например, у маминого брата дочка родилась несознательной и ее уже с трех лет забрали в служебную общину. Ей сейчас уже семнадцать и она замечательно справляется с уходом за животными на комбинате.
— Ты что-то еще говорила про прислугу? — припомнил Игорь.
