Игорь улучил момент, чтобы расцепить пальцы девушки и выскользнуть из ее объятий. Подошел к травнице и сел напротив.
— Я спрошу еще раз, — сквозь зубы проговорила Элизабет. — Кто это такая?
И она махнула рукой в сторону двери.
— Я рассказал все, что знаю. Можешь спросить у Виты. Но, все таки, что произошло?
— От нее пахнет смертью!
Вот это поворот. Неужели раны настолько серьезные⁈
— Ее так сильно ранили?
— Да нет же. Пара царапин и порезов. Такое заживает и без трав. Она сама пахнет смертью. Понимаешь? Это не человеческий запах.
Кажется, последние события на всех влияют по разному.
— Хорошо. — Игорь накрыл ладонью ее руку. — Я тебе доверяю. Расскажи тогда мне — кто она, если не человек?
Травница не нашлась с ответом. Она хотела. Она пыталась. Взывала к чертогам своей памяти, но ничего не могла придумать. И в конечном итоге была вынуждена сдаться.
— Мне все равно это не нравится!
— Мне сейчас много чего не нравится, — согласился Игорь. — Но разве могу я беспочвенно обвинять?..
Ему не дали договорить. Дверь распахнулась от сильного удара и в домик влетел здоровенный мужчина, а за ним и вся толпа, вооруженная ножами и палками. Снаружи через проем заглядывал внутрь чудик.
Их быстро скрутили и потащили к капищу, не забывая по пути больно тыкать кулаками и палками.
На площади уже собрались все жители поселения. Они стояли вокруг лежащей на земле Лики под охраной вооруженной рогатиной жены Кертиса. В ее взгляде не было и намека на жалость. Но мимика выдавала обеспокоенность: женщина явно побаивалась своих же людей.
— Чего собрались?
Крикнувший на толпу мужчина и раньше выделялся большей агрессией. Высокий и здоровый, он прекрасно понимал свою силу и доминирование над остальными. Вот и верь потом, что все большие люди — добряки.
— Мы против ваших дурацких жертвоприношений! — выступила вперед женщина, в которой Игорь сразу признал Тару.
— И что? — Мужчина засмеялся и к нему неуверенно присоединились другие последователи культа. — Кого интересует мнение трусов и слабаков? Как вы вообще думаете нам помешать?
Рядом со вдовой стал мужчина помоложе, а за его спиной боязливо появились двое друзей.
— Нас все равно больше! — Его голос немного дрожал от возбуждения. — Говард нам все рассказал. Вина этих людей не доказана. С тем же успехом можно объявить виновным вашего бога. Ведь именно после постройки этого сооружения начались все проблемы.
Здоровяк грозно навис над говорящим.
— Не тебе, ничтожество, обвинять нашего бога!
Тот выдержал давление и взгляд.
— Так и не вашей ничтожной группке принимать решение за всех. Хочешь быть убедительным и значимым, так приведи свои доказательства всей общине. Если с тобой согласится большинство — будем думать о наказании. А если нет — молись, чтобы тебя никто не оклеветал!
Обведя взглядом оппонентов, здоровяк понял, что ему не помогут ни мускулы, ни десяток единомышленников за спиной.
— Завтра, — подсказал из-за спины Райан. — Сегодня мы сильно устали для разговоров. Но все можно решить завтра. А этих пока посадим в яму под алтарем, чтобы не сбежали.
Глубиной яма оказалась не меньше четырех метров. Сверху ее закрыли бревнами и слоем глины, оставив лишь небольшое отверстие, через которое и спустили пленников вниз. Конечно, здесь было сыро и холодно. Им оставили небольшую масляную лампу, но она совсем не грела, поставленная на маленькую дощечку, вбитую в земляную стену. Света тоже давала мало, но глаза скоро привыкли к полутьме.
Посадили всех четверых. Больше всего удивило, что с травницей тоже не церемонились, как будто она не являлась одной из поселенцев. И за нее никто не вступился. Даже Говард.
Чтобы согреться, пришлось разбиться на пары. Игорь сидел в обнимку с Ликой. А чуть в стороне, не желая приближаться к запаху смерти, расположились девушка и Элизабет.
— И сесть не на что, — пожаловалась Вита.
Земляной пол неприятно холодил снизу, грозя неприятными последствиями для здоровья.
— И не выбраться никак, — поддержал разговор мужчина. — Они оставили наверху двух человек, чтобы нас охранять.
— Не весело! — она повернула голову к травнице. — Как думаете, Лиз, у нас завтра есть шансы?
— С этим никогда не угадаешь, — буркнула женщина. — Каковы были шансы, что они догадаются искать вас в моем доме?
Лика вздрогнула.
— Ой, а это, кажется, я виновата. — Она еще крепче обняла Игоря, словно ища защиты. — Когда лекарь пришла меня осмотреть, я почувствовала знакомый запах. Ну, и сказала им, что вы там. И что сейчас придете, чтобы меня выручить. А что — не надо было?
Игорь тихо выругался.
— Ты совсем больная? — возмутилась Вита. — Как можно рассчитывать на помощь и при этом выдавать тех, на кого надеешься?
Мужчина убрал руки и прошелся по периметру ямы. Интересно, он тоже такой? У него тоже периоды разумного поведения чередуются с тупостью? Или это исключительная прерогатива отдельных личностей?
Элизабет долго наблюдала за его терзаниями, прежде, чем догадалась, что ходьба — лучший способ не мерзнуть и принялась бродить своим маршрутом. Кстати, мыслилось в движении тоже лучше.
