— Ну? И что те надо? — поинтересовался он. — Меня зовут Крысиная Кость, рубака. Я - наемный вор под патронажем Могильщика, босса сборщиков этой площади. Он платит мне в основном за то, что я обучаю его ребят быть тихими и незаметными, а также постоять за себя, если случилась драчка. И это, наверное, единственный вопрос, на который я тебе отвечу, рубака. — Он передернул плечами, показывая, что разговор окончен.
— А где мне найти этого парня, Могильщика?
Он кивком указал на большой, полуразвалившийся дом по- соседству.
— Ты поосторожней, рубака. Он не любит гостей. И подозрителен ко всем без исключения. — Могильщик это не его настоящее имя... просто так зову его я, да и остальные тоже.
— Я ищу человека по имени Фарод. Знаешь, где он?
Крысиная Кость покачал головой.
— Не, не знаю. Слышал, правда, что где- то рядом. Некоторые из его ребят пробегают здесь время от времени, устремляясь в какую- то свою нору. Уверен, она где- то в этих кучах, но это не мое дело. Он сплюнул на землю. — Живи и позволь жить другим, говорит Крысиная Кость!
Я подождал немного, надеясь, что он что- то добавит, но безуспешно. Я решил, что могу просто нанести визит его боссу и поглядеть, что скажет тот.
В комнате того дома, в который я вошел, находились три человека. Двое — явно мелкие сборщики в грязных робах. А вот третий от них отличался. Высокий и тощий, этот бледный мужчина с суровыми чертами лица казался олицетворением местной власти, даже несмотря на свое неприглядное телосложение. Часть его левого уха отсутствовала; а то немногое, что осталось, было сплошными шрамами, как будто ухо его скорее откусили, нежели отрезали. Его узкие, бегающие глаза - просто щелочки!- были умны... и опасны. Это точно он, Могильщик. Я поприветствовал его.
Он ответил весьма недружелюбно.
— Я не знаю тебя, парень. Он оглядел меня с ног до головы. — Чего надо? Отвечай быстро, до того, как я позову ребят, чтобы те о тебе позаботились.
Я подозревал, что он терпеть не мог общество глупцов, а оной личины мне хватило и вчера. Я перешел сразу к делу.
— Я ищу человека по имени Фарод.
Напряжение в комнате заметно возросло.
— Да, весело, что ты задаешь этот вопрос именно мне. Ну и зачем тебе старина Фарод?
Я знал, что не стоит здесь изображать друга Фарода.
— У него кое- какие мои вещи и я хочу получить их назад.
Мужчина немного помолчал, затем улыбнулся.
— Он ворует у всех нас, так? И неважно, живы мы или мертвы. — Он хохотнул.
— Что ты имеешь в виду?
— Наш основной источник... жизни... здесь — это мертвые. Разумеешь?
— Вы - сборщики.
— Да, это так. — Он глядел на меня так, будто прикидывал что- то в уме. — В любое время хватает трупиков. Мои ребята и я их собираем. Если еще кто- то занимается этим, значит, мы получим меньше деньжат.
— Фарод тоже собирает тела, да?
— Да. И ходят слухи, что он наткнулся на их настоящее месторождение. Вот только я ничего не слышал о массовой резне в Сигиле. — Он нахмурился, потер подбородок. — И мне весьма интересно, откуда же взялись эти покойнички.
— Я могу выяснить это для тебя, если хочешь.
— О, правда? Ну и как ты собираешься это сделать?
— Мне нужно лишь найти его. Позволь мне позаботиться обо всем остальном.
Я не добавил, что, стоит мне найти Фарода, я сам буду решать, каким образом исполнить это обещание.
— Ха. Заметано; я даже дам тебе сотню медняков за труды. Поднимайся на платформы, держась северо-западного направления, и выйдешь к вратам, что и ведут в дыру, где схоронился Фарод. Твоя задача - пробраться внутрь и получить сведения. Если кто- нибудь спросит, ты меня не знаешь и никогда со мной не говорил, слышишь?
Я покинул Могильщика, пребывая не в лучшем расположении духа. Я все еще не очень представлял, как добраться до Фарода. Я, конечно, мог осмотреть ту область площади, на которую мне указали, но высматривал того, кого еще можно расспросить.
На сборщиков я внимания не обращал. Не думаю, что они знали больше своего босса. Однако впереди я заприметил деревянную хибару. Она не выглядела настолько заброшенной и разрушенной, как иные здания на площади, и я решил поглядеть, нет ни кого внутри.
Там оказалась лишь весьма странно выглядящая старушка. Казалось, будто все цвета покинули ее. Ее волосы, платок на шее, накидка - все было серым. Единственные пятнышки цвета были пучками трав, привязанных к ее поясу. Они издавали странный звук, когда женщина двигалась, подобно тому, который раздается при подметании метлой пола.
Женщина взглянула на меня, и я заметил, что серость ее одеяний относится и к ее чертам. Волосы ее были пепельно-серы, а глаза походили на кусочки гранита.
Она нахмурилась.
— И кто ты таков, человек?
Вновь устыдившись отсутствия собственного имени, я прибегнул к той же лжи, что и раньше.
— Меня зовут Адан. А ты кто такая?
Она вопросительно приподняла брови.
— Не слышал о Старухе Меббет, знахарке Площади? Правда не слышал? — Она сощурила глаза и продолжила тихим голосом: — Ну, Меббет — это буду я.
— Ты — знахарка? И чем же ты занимаешься?
