— Я вправляю кости, исцеляю от кашля, принимаю орущих младенцев, штопаю раны, делаю настои и травы, ну и все в таком роде. — Она внимательно оглядела мои шрамы. — Тебе нужен отвар, так? Глядя на тебя, скажу, что и не один. Хочешь купить немного? — Она вновь воззрилась на мои шрамы и содрогнулась. — Хотя, наверное, для них уже будет поздновато.
— Знаешь человека по имени Фарод?
— Фарод! Это... этот...— Меббет сплюнула три раза через плечо, зачем описала полукруг ладонью над сердцем. — Этот урод! Ну и зачем он тебе?
— Я должен найти его. Знаешь, где он?
— Он не на Площади Сборщиков Тряпья, скажу тебе я... ты должен найти способ пройти под Площадь, чтобы добраться до логова этого паука. Она снова сплюнула. — Даже разговор о нем оставляет дурной привкус во рту.
— Он под Площадью?
Она указала пальцем в пол.
— Да, он окопался под всеми этими кучами мусора, он и его мальчики, и тебе придется попотеть, выкуривая его из этого гнездовья. Она покачала головой. — Оставь его, оставь его, паренек.
— Но мне нужно найти его! Как мне туда спуститься?
Меббет нахмурилась, затем вздохнула.
— Слышала, что у Фарода врата на площади, которые ведут в его логово... нужно лишь отыскать их. Ты можешь поспрашивать у других, которые странствуют больше, чем Старуха Меббет.
Когда я глядел на Меббет, мне казалось, то я вижу слабое сияние, обволакивающее ее тело. Я чувствовал, что должен узнать, что это означает. И более того, я чувствовал, что и сам когда- то мог совершать подобное и должен научиться этому снова. Я попытался очистить свой разум от посторонних мыслей, достигнуть того, что я не мог вспомнить сознательно. К моему удивлению, это сработало. Во тьме разума возник вопрос.
— Ты ведьма, Меббет?
Она нахмурилась.
— Не хочу говорить, кто я есть, а кто нет, но что ты хочешь знать так сильно, что тявкаешь на старушку, поминая какие- то слухи?
Конечно же, про магию - то я и хотел узнать!
— Я хочу изучить магию. Ты можешь обучить меня?
Меббет рассмеялась.
— Ба! Я не учитель, не какая- то школьная дама, помешанная на образовании! Уверена, есть иные, кто прольют тебе свет на это дело... а со Старухой Меббет ты лишь время потеряешь, о да!
— Не думаю. Полагаю, что ты многому можешь научить меня.
Меббет внимательно взглянула мне в глаза.
— О, да? И зачем тебе изучать подобное?
— Потому что я хочу узнать, кто я такой.
Поразмыслив немного, Меббет кивнула.
— Искусство может помочь, а может — и нет; ты не должен полагаться на него для решения всех своих проблем. — Она вздохнула. — Скорее всего, дитя, к твоим нынешним вопросам добавится еще превеликое множество.
— Я понимаю. Ты будешь учить меня?
— Ба! — Меббет покачала головой. — Лучше петь песни, чем заниматься магией. Песни хотя бы красивы. А магия стала пресной, общедоступной, испоганенной толпой смертных, хорошенько по ней потоптавшейся... фр! — Она хитро взглянула на меня. — Я обучу тебя... но сперва ты должен будешь сделать кое- что для меня, слышишь?
Меббет озадачила меня несколькими заданиями, которые я должен был исполнить перед началом обучения. Я бросился исполнять их, на время забыв о необходимости отыскать Фарода. Задания эти были мало похожи на проверку серьезности намерений кандидата на изучение Искусства.
Остаток дня я бегал по Улью, в основном от Меббет на рынок. Я принес ей какую- то рамку, сделанную из колючего растения, выдубленную кожу и сосуд с рыбьими чернилами.
Когда все было исполнено, старуха вновь обратилась ко мне.
— Хорошо поработал, паренек. Все, что я просила. И теперь я вопрошаю вновь: после всего, что ты видел, хочешь ли ты еще изучать Искусство?
— Да. В конце концов, цель твоих поручений крылась в испытании моего терпения?
Меббет улыбнулась, кивнула.
— Да... возможно, дитя, возможно.
— И это еще не все: ты знала, с кем я должен встретиться, чтобы исполнить их, так?
Меббет вновь кивнула, медленнее на этот раз.
— Возможно, дитя, возможно... И если так, что твоя интуиция говорит обо всем этом?
Я припомнил, о чем я говорил с теми существами, у которых раздобыл необходимые для ведьмы предметы.
— Оплакивающий Деревья показал, что мои верования влияют на окружающий меня мир; Гискорл научил меня, что ритуал - совершенно бесполезная вещь, если истинная цель его неведома; Мейр'ам открыл, что неважно, сколь много, по моему мнению, я знаю, всегда смогу узнать гораздо больше, взглянув на вещи с иной позиции.
Меббет немного помолчала, затем шагнула ко мне и коснулась щеки.
— О, дитя...— вздохнула она. — Когда- нибудь ты станешь великим волшебником, непременно. У тебя есть знания, и все же... ты пришел к Старухе Меббет за помощью. Чему может простая знахарка обучить такого, как ты?
— Многому, Меббет. Я хочу узнать все, что ты можешь открыть мне.
— Что ж, стало быть, ты пройдешь этот путь...— Меббет выдержала паузу. — Ну, во- первых: иметь способности к Искусству недостаточно. Тебе нужно придать им некий фокус: обычно это заклинания из книг. То есть, Искусство требует, чтобы при тебе находилась книга заклинаний или нечто подобное, дабы ты мог использовать магию. Читать хоть умеешь?
