«Неужели он хочет взять меня прямо здесь и сейчас, — пронеслось в голове арианки. — А как же его избранница, вдруг объявится в самый неподходящий момент? Да, плохо, что он теперь не один. Жаль, очень жаль… а то можно было бы почаще навещать желанного самца и вместе прекрасно расслабляться. А эта его новая супруга, Лазурь, тоже испытала мужскую силу Орна на себе. Орн говорил, что самка сладкая, хоть и яутжа. Теперь их гибридные детки резвятся на природе, пока не отправились в незнакомый мир, — насмешливо подумала арианка. — Да впрочем, какая разница, может, этот брутал тоже хочет меня, как я его? Но это же просто отлично! Я уже давно мучаюсь воспоминаниями об его эротических забавах. Ну как же мне тогда понравилось! О-о-о, дивное наслаждение! Это что-то, не передать словами! Нет, но у него явный талант доставлять радость самкам, он просто виртуоз любовного искусства! Такое разнообразие! Столько всяких способов в получении удовольствия он тогда показал и опробовал со мной! Это просто мечта, а не самец! С ним наверняка ни один арианец не сравнится. Какие же они всё-таки слабаки. Да, яутжа так и называют арианцев — мягкотелые уманы. Правильно, так и есть…» — Арайя с пренебрежением усмехнулась в мыслях.
Арианка неподвижно затихла под горячим телом чужеродного самца. Ею уже начал овладевать сексуальный голод вечно неудовлетворённой нимфоманки, в какую та превратилась по вине этого яутжа. Что он только не вытворял с ней на берегу океана… Но Арайе именно этого стало больше всего не хватать в жизни. Вдруг до ужаса захотелось прямо сейчас впиться страстными поцелуями в его крепкие плечи, грудь, шею, прокусить серебристую кожу и в послевкусии уловить на самом кончике языка сладость зелёной крови.
Странное чувство возникало у Арайи, когда удавалось так близко касаться Серебряного. Ей одновременно хотелось убить его и боготворить. Убить, чтобы не позволить притронуться ни к одной самке, не допустить одаривать какую-то там Лазурь своими ласками. Этот самец должен безраздельно принадлежать только ей, Арайе. Боготворить, чтобы в экстазе молиться на него как на вожделенного языческого идола, а после совокупляться неистово и жёстко. Но в последнее время арианка всё чаще ловила себя на мысли, что так и тянет прикончить яутжа, чтобы навсегда избавиться от этого мучительного, опасного влечения. Её охватил страх не выдержать и обезуметь в огне пагубных страстей. Но если Арайя лишится желанного самца, то уже навсегда потеряет душевный покой… Слишком глубоко вражий яутжа проник в кровь, завладел всем её существом. Как забыть манящий запах его кожи, восхитительный жар его тела, его сильные нежные руки…
Серебряный с подозрением отстранился и привстал. Что-то арианка странно присмирела. Он посмотрел на самку: та вперилась в него масленым взглядом и с блудливой улыбочкой тихо бормотала на своём языке. Яутжа презрительно рыкнул и посильнее прижал арианку коленом.
— Подлая похотливая тварь! — с отвращением зашипел самец, глядя ей в лицо. — Я убью тебя, мерзавка!
Серебряный зарычал, грубо схватил Арайю за волосы и стал стучать её головой об пол. Вдруг дико захотелось размозжить ей череп, чтобы мозги этой змеи растеклись по стенам, настолько праведный гнев опять захватил всю сущность яутжа. Никак от подлой арианки не избавиться. Всё же надо решиться и прикончить её. Это же просто ядовитая гадина! Мерзкая тварь, которую стоило раздавить, чтобы даже слизи не осталось.
Вскоре самец немного опомнился и остановился. Интересно, жива или нет? Оказалось, что эта особь крепкая как жёсткотелый монстр. Ничего с ней не сделалось, да и мягкий настил помог не окочуриться. За всё время истязания самка не издала ни звука. Окровавленные длинные пряди светлых волос прилипли ко лбу арианки, но ополоумевшая от своей страсти, та не сводила с Серебряного восторженных глаз. Арайю ничто не смущало, когда она так неистово желала этого крутого мачо. Чужеродная самка приподнялась и с неожиданной силой притянула яутжа к себе. Цепляясь, точно повилика, обвила его шею руками.
— Возьми меня, — горячечно зашептала арианка, — я хочу тебя… хочу… ты мне нужен…я схожу по тебе с ума…
Всё больше распаляясь, Арайя впивалась в Серебряного жгучими поцелуями так, словно хотела искусать беднягу до крови. Самец уже устал от её бурных домогательств. Он громко фыркнул и с омерзением откинул надоедливую тварь.
Тогда арианка в негодовании завопила:
— Так ты не хочешь меня?! Тебе нужна эта маленькая дрянь Лазурь, которую Орн имел как хотел и куда хотел! О-о-о! Что он с ней только не вытворял! Ты бы видел! — истерично захохотала Арайя.
