Пока Ральф доедал первый бургер, Кована распаковывал третий. Он потянулся к Энди, но тот пожал плечами и больше ничего не сказал.
Ральф похлопал себя по животу и допил виски:
– Как ты меня нашел?
– Твой сигнал принял какой-то китаец. Он позвонил мне по телефону и дал мне координаты, и я приплыл.
– На моей памяти ты впервые так далеко от дома!
– На моей тоже, – хмыкнул Энди, – но мне это вроде как нравится.
Он расстегнул воротник, обнажив очевидную красно-белую границу между шеей и грудью. Его шея загорела, став красной, как вареный рак.
– Это считается прогулкой на свежем воздухе, – Ральф улыбнулся.
Кована доел все гамбургеры и консервы, откинулся на спинку стула и рыгнул.
– Ты переел, малыш, – сказал Энди.
– Если б ты видел, что он ел раньше, то понял бы, почему ему нравятся эти гамбургеры. – Ральф обратился к Коване: – Расскажи ему о фирменных блюдах твоих родных мест.
Кована вытер рот и с серьезным лицом рассказал о способе приготовления еды под названием «кивиак»: инуиты запихивали пойманных чистиков внутрь тюленей, а затем запечатывали их и ждали. Мертвые птицы бродили, потом их вытаскивали и через зоб высасывали внутренние органы…
Энди затошнило, и даже грубоватый матрос, который услышал рассказ, счел такой «рецепт» неприемлемым.
Видя выражения лиц вокруг, Ральф почувствовал, что отомстил им, а потому хлопнул в ладоши и засмеялся, и на лице Кованы тоже появилась улыбка.
Инуиты, выросшие в суровых условиях, оптимистичны по природе. Кована снова воспрял духом. Они с Ральфом рассказали Энди о том, что произошло на острове. Затем он поведал, почему вообще ушел из дома и как встретил Могли…
Матросам на корабле делать было особо нечего, поэтому они все собрались на палубе, чтобы послушать рассказы. Они проговорили до вечера, и тут Кована начал зевать. После нескольких месяцев он наконец мог уснуть в настоящей кровати – пусть даже койка в каюте была узкой и маленькой. Матросы тоже разошлись, болтая группками на другом конце корабля или играя в покер под тусклым светом.
Ральф стоял на палубе и смотрел вдаль: огромный мусорный континент уже давно скрылся за горизонтом. Даже прожив на этом странном острове несколько дней, он не мог поверить, что подобное действительно существует. Он настолько огромен, что даже уму непостижимо. Вот в чем замечательная особенность людей: хотя Тихоокеанское мусорное пятно обнаружили более десяти лет назад, люди инстинктивно отказываются принимать такую информацию. Этот континент простирается на сотни километров, но девяносто девять процентов людей предпочитают делать вид, что его нет.
Рядом с ним послышался всплеск, и Ральф оглянулся: это команда сбрасывала мусор после ужина в морскую воду. Они отправились спасать людей и успешно справились с задачей. Вернутся и получат причитающуюся зарплату без необходимости рыбачить. Члены экипажа находились в спокойном настроении и уже не беспокоились о запасах еды, как обычно, приготовили ужин почти вдвое больше обычного, а лишнее просто выкинули в море.
Все относятся к океану как к свалке, но никого не волнует, куда в конце концов попадает весь мусор.
– Эй, чувак, – сказал Ральф.
– Что? – Энди стоял рядом с ним, облокотившись о перила и наслаждаясь ласковым морским бризом.
– Спасибо!
Энди растерялся:
– Будешь должен.
Ральф улыбнулся и сказал:
– Возможно, мне придется побыть у тебя в долгу.
– Почему?
– Я больше не хочу этого делать.
Энди не удивился:
– Я знал, что тебе это надоест.
– Нет, мне это не надоело.
– А что тогда?
Ральф наблюдал, как волны обрушиваются на корабль. Мусора, выброшенного моряками, больше не было видно, но Ральф знал, что он все еще здесь.
– Знаешь, меня спас дельфин. Чтобы отплатить за услугу, я продолжаю спасать дельфинов.
– Давай лучше выпьем и подцепим девчонок, – попытался отвлечь его Энди.
– Мы можем спасать по несколько десятков дельфинов каждый год и позволить им вернуться в море из человеческих тюрем. Но будут ли они свободны, когда вернутся в родную стихию? Следы человеческой жизни проникли в океан. Так что тем самым мы лишь утешим себя.
– Так чем ты займешься?
– Я еще не знаю, но ты ж видел этот мусорный остров. Я хочу начать оттуда.
Энди поправил очки в черной оправе:
– Когда я поплыл сюда, то проводил исследование местности. Около десяти миллионов тонн пластиковых отходов стекают в море каждый год и, наконец, собираются здесь под действием течений. В нескольких странах есть исследовательские группы, изучающие эту тему. Когда вернемся, я постараюсь посмотреть, смогу ли получить новые средства от спонсоров, чтобы мы могли принять участие.
– То есть ты не возражаешь?!
– Это ведь поважнее спасения дельфинов. Конечно, я не говорю, что спасение дельфинов бессмысленно, я имею в виду…
Прежде чем он успел договорить, Ральф сжал его в объятиях и воскликнул:
– Ты настоящий друг!
Энди вырвался и поправил очки:
– Я бы сказал, единственный.
Ральф пожал плечами, не отрицая этого.
Энди внезапно посерьезнел:
– Я вспомнил!
– Что?
