– Хорошо! – кивнул он мне. – Ты умеешь говорить и убеждать! Мы готовы идти до конца! Что нужно сделать?
– Помочь мне.
Я вошёл в комнату, поднял с пола стул и сел на него.
– Завтра, как я уже сказал, наши братья, друзья будут казнены. Я не собираюсь стоять и смотреть, как фашисты будут это делать!
– Ты хочешь спасти их? Один? Но это невозможно! Там будет всё оцеплено! Куча немцев!
– И что? Отступить?
– Я… – Василий замялся, ошарашенно смотря на меня.
– Я не самоубийца, – я поднялся со стула, – и прекрасно всё понимаю. Но когда есть хоть какой-то шанс, им надо воспользоваться!
– А он есть?
– Есть. Я осмотрелся здесь, пока вас не встретил. Наметил пару неплохих точек. Оттуда можно вести огонь. Но одному…
– Я тебя понял. А если немцы окажутся проворнее и нам не удастся спасти наших?
– Я уже думал об этом, – тяжело вздохнул я. – Если спасти их не получится, то хотя бы сделаем так, чтобы они не мучились!
Василий повернулся к своим людям. Те молчали. Наконец седой развернулся обратно и махнул рукой:
– А… пропадать, так не за грош! Мы с тобой!
Я улыбнулся.
– Хорошо. Тогда встречаемся рано утром. Здесь. Затем выдвигаемся. Я покажу, где вам разместиться. Вам к этому времени нужно раздобыть немецкую форму. Одного поставим на выезде. Он поможет с транспортом, когда начнётся паника. Для этого нужен пропуск. Достанете?
– Это возможно.
– Хорошо. Остальные будут прикрывать меня. Для этого необходима огневая мощь. Автоматы есть?
– Да.
– Отлично! Ещё нужна верёвка. Вроде всё. Нужно расходиться. Детали объясню завтра с утра. Самому ещё надо додумать.
– Принято. – Василий вышел в коридор и отпер дверь. Я проскользнул в оставленную им щель. – До встречи!
Я быстро спустился и вышел на улицу. Осмотрелся.
Никого!
Спрятав руки в карманы, я направился прочь со двора. До машины добрался минут за тридцать. Когда открыл дверь, на меня уставился ствол пистолета. Я едва не вздрогнул.
– Спокойнее, красавица! Свои!
Маша выдохнула, опустив оружие.
– Почему ты так долго? Что-то случилось?
– Нет, – покачал я головой. – Просто подготовка заняла больше времени. К тому же я встретил наших.
– Наших? – Девушка нахмурилась.
– Да. Их трое. Старшего зовут Василий. – Я вкратце описал внешность подпольщика.
Маша задумчиво потеребила волосы, но отрицательно покачала головой.
– Нет. Такого не помню.
– Не беда! – Я немного напрягся, но решил действовать по ситуации. Слишком тонко для немцев.
Утопить меня хотели по-настоящему. Если бы это были диверсанты или подставные, то меня бы не стали убивать в ванне, а потащили бы в Особняк или в СС.
А может, они решили играть дальше и посмотреть, сколько нас всего?
В любом случае нужно быть настороже.
– И что теперь мы будем делать дальше? – отвлекла меня от мыслей Маша.
– Ты будешь ждать наготове, как мы и условились. Как только зазвучат выстрелы и первые два взрыва, выдвигаешься в оговоренную точку. Встречаемся там и уносим ноги! И без самодеятельности! Поняла?
Маша кивнула.
Я очень надеюсь, что она послушается.
– Ты им веришь?
– Не знаю, – пожал я плечами.
Девушка задала очень правильный, хороший вопрос.
– По крайней мере, выглядели они убедительно, когда хотели меня утопить.
– Утопить?! – ужаснулась Маша.
Я выругался.
Надо держать язык за зубами. Эту часть истории я ей не рассказывал. Теперь придётся успокаивать.
– Всё нормально. Высокие стороны пришли к взаимному согласию. Не переживай! – как можно беззаботнее махнул рукой я. – Лучше скажи, ты всё поняла?
– Да.
Я кивнул головой.
– Ну, тогда, если мы всё прояснили, отдыхай. – Я посмотрел на часы. У нас было ещё несколько часов до начала операции.
Я тоже собирался вздремнуть.
Но немного после. Сперва кое-что нарисую.
Маша полезла на заднее сиденье и вскоре засопела, мне же пришлось поработать. Через полчаса, спрятав исчерканный листок в карман, я откинул голову и, кое-как устроившись на жёстком водительском месте, провалился в сон в крайне неудобной позе.
– Вставай!
Знакомый до боли голос буквально закричал, выдирая из цепких оков сна. Я вздрогнул и проснулся.
Сердце колотилось в бешеном темпе, перед глазами стояла картина моей смерти в прежнем мире. В ушах до сих пор звучал грохот пулемёта, хохот боевиков, чтоб им пусто было, и глаза моего напарника продолжали сверлить меня, всё ещё упрекая за свою смерть.
Я не виноват!
Хотел было закричать, но вовремя смолчал. Незачем будить Машу. Та, мирно свернувшись калачиком, спала на заднем сиденье.
Я посмотрел на спящую девушку. Совсем ещё ребёнок. Лет ей было ненамного больше, чем мне, но между нами лежала пропасть. Я по сравнению с ней был уже старик.
Не по возрасту, нет, по своему опыту, по тому, что испытал. Конечно, ей тоже досталось, но всё равно я чувствовал, что между нами протянулась целая бездна.
Покачав головой, я выбросил лишние мысли из головы. Осмотрелся, пытаясь понять, почему проснулся. Будильник не сработал, до побудки оставалось ещё полтора часа.
Интуиция…
Я медленно открыл дверь и, выйдя на свежий воздух, отошёл от автомобиля. Быстро нырнул в кусты. В темноте было нелегко рассмотреть, но я всё же смог углядеть тень, подбирающуюся к машине.
