Взяв Татьяну за руку, Андрей молча подвёл девушку к столику и сел прямо на пол, потянув её за руку и усаживая рядом. Сильвия, улыбнувшись, разожгла кальян, и предложила трубку Андрею. Сделав первую затяжку, он удовлетворённо хмыкнул, и поблагодарил Сильвию. Прикрыв глаза, он с наслаждением глубоко затянулся и откинулся на кресло, закинув руку на сиденье.
Сильвия обошла столик, и медленно опустилась на колени перед Татьяной. Немного напрягшись, девушка наблюдала за тем, как Сильвия скользит рукой по её бедру, поднимая платье. Глаза Татьяны расширились, и она замерла, полностью сосредоточившись на ощущениях. Рука Сильвии была немного прохладной, и очень нежной, пальцы скользнули по широкой резинке чулок и коснулись обнажённой части бедра самыми кончиками, поглаживая кожу.
- Я могу приступать? – спросила негромко Сильвия, чуть повернув голову в сторону Андрея.
- Да, - не открывая глаз, довольно резко ответил тот. Девушка тут же встала и стремительно вышла из комнаты.
Потерянная и обескураженная, Татьяна молча осталась сидеть на полу. Что-то спросить или сказать она сейчас просто не могла: всё её тело била крупная дрожь, и дыхание стало частым и судорожным от волнения и неизвестности. Андрей спокойно курил кальян, откинувшись на кресло и прикрыв от наслаждения глаза.
Через пару минут в гостиную вошла Сильвия. От прежней милой и мягкой женщины не осталось и следа: вместо неё на порог шагнула и приближалась уверенным шагом к Татьяне настоящая демонесса: высокие ботфорты на тонкой высокой шпильке, доходившие почти до резинки чулок, чёрные шорты, плотно облегающие упругие ягодицы, пупок пробит, и из него свисает коротенькая цепочка. Грудь так же плотно облегал короткий латексный топ с широкими лямками. На руках по самый локоть натянуты кожаные чёрные перчатки. Волосы забраны в высокий хвост. В одной руке Сильвия держала короткий кожаный ремешок, в другой – стек. Подойдя вплотную к Татьяне, она встала, чуть раздвинув ноги, и положила стек на кресло. Повертев перед глазами Татьяны ремешком, словно играя им, Сильвия произнесла:
- Это – ошейник, девочка. И сейчас я его одену на тебя. Ты – игрушка. Да, дорогая, но всё-таки – игрушка. А игрушка – это всего лишь вещь. Она должна быть удобной и полезной для хозяина. Я здесь для того, чтобы помочь тебе стать такой.
Сердце Татьяны билось уже, казалось, в каждой клеточке её тела, а в висках стучало так, что мешало слышать и понимать произносимые этой властной женщиной слова. Завороженная увиденным, Татьяна не могла ни вздохнуть, ни пошевелиться. Словно сквозь туман, до сознания дошли слова Сильвии: да, на самом деле, она всего лишь игрушка, за которую заплачено, и которую нужно сделать полезной для хозяина. Что ж, в достижении цели, как говорится, все средства хороши – может быть, и лучше, что стек окажется в руках у Сильвии, а не Андрея…
Не в силах посмотреть в сторону Андрея, она лишь молча опустила глаза, покорно склоняя перед Сильвией голову. Ловким движением рук она застегнула ошейник на тонкой шее Татьяны.
Взяв в руки стек, Сильвия негромко приказала девушке:
- Разденься.
Татьяна услышала голос, и поняла приказ, но не смогла даже пошевелиться: руки словно приросли к полу, и тело почему-то отказывалось слушаться. Настолько шокировала сама ситуация и этот кожаный ремешок на её шее, чуть сдавивший горло и не дававший вздохнуть полной грудью.
- Какая бестолковая вещь! – разочарованно и немного зло бросила Сильвия, и звонкая пощёчина нарушила тишину в комнате. Это не было больно, но от неожиданности и просто от силы удара Татьяна качнулась и, не удержавшись, упала к ногам Андрея, по-прежнему невозмутимо курившему кальян и никак не реагировавшим на происходящее. Платье на груди резко натянулось, и послышался треск разрываемой материи. Татьяна с ужасом поняла, что Сильвия просто руками разорвала её пусть и лёгкое, но всё-таки платье, а не марлевую накидку, и её поразило, сколько в этой хрупкой, нежной, милой женщине скрыто силы и жестокости, раз она одним рывком превратила новую вещь в лохмотья.
Обнажённую спину тут же стали покрывать хлёсткие удары стека. Боль просто разрывала изнутри, но Татьяна не могла издать и звука: лишь сильнее прижималась к ногам Андрея, словно ища защиты. Задохнувшись от первого удара, Татьяна старалась вообще не дышать, сжавшись в комочек и зажмурив глаза: так оказалось проще переносить острую боль от ударов. Сильвию это лишь ещё больше разозлило, и удары стали более резкими и сильными, ложась, казалось, один на другой, след в след.
- Достаточно! – резко бросил Андрей.
- Я ещё не закончила, - не останавливаясь, в запале проронила Сильвия.
- Мне повторить? – уже гневно, полушёпотом процедил Андрей, и Татьяна почувствовала, как напряглось всё его тело от этих слов. Видимо, перечить Андрею было непростительно даже для этой властной женщины.
- Нет, - тут же ответила Сильвия дрогнувшим голосом, - Простите, Андрей Владимирович… Немного занесло… - уже покаянно проговорила она.
