Кори набрала номер Уоттса. Когда тот ответил, у нее гора с плеч свалилась.
— Гомер? Это Кори.
— Послушайте, — заговорил Уоттс, — мы только что вернулись к джипу. Приближаться к Першингу мы не решились и сейчас поедем обратно…
— Стойте, — перебила Кори. — У нас есть подозрения, что там опасно. Мы с агентом Лаймом прилетим туда на вертолете. Связь с лагерем потеряна.
— Знаю, я сам не смог дозвониться. Может, объясните, что происходит?
— Без понятия. Главное, не сходите с места, и по пути мы вас заберем. — Кори взглянула на Лайма, тот кивнул. — Скажите ваши координаты.
Лайм прочитал их на экране GPS-навигатора.
— Будем примерно через час.
Они съехали с автострады и повернули на юго-восток, затем миновали КПП военно-воздушной базы Киртленд, а за базой свернули на дорогу, через пустыню ведущую к горам Манзано. Потом была дорога к базе Манзано. За вторым, более строгим КПП въехали через ворота в сетчатой ограде, между двумя сторожевыми вышками. Перед Лаймом и Кори предстали павильоны, ангары и здание с металлическими стенами. Проехав мимо строений, они оказались у летного поля. Вертолет уже ждал. Глядя, как раскручиваются его лопасти, Кори впервые предположила, что Лайм служит не только в ФБР: должно быть, он занимает какую-то очень секретную должность в армии. До Кори доходили слухи об агентах, имеющих высокие чины в ЦРУ, Разведывательном управлении Министерства обороны или в других учреждениях американской разведки.
Лайм выехал на взлетную полосу и остановился в сотне ярдов от вертолета. Подошли два солдата, помогли вновь прибывшим высадиться из машины и проводили их к летательному аппарату. Один забрался в вертолет вместе с Лаймом и Кори. Им дали наушники и усадили на брезентовые откидные сиденья. Кори еще только пристегивалась и поправляла наушники, а вертолет уже оторвался от земли. Солнце едва коснулось горизонта, когда они поднялись в чистый, сухой воздух и помчались на юго-восток, через горы Манзано, к раскинувшейся за ними пустыне. Глядя, как поросшие елями склоны сменяются бесплодными землями, Кори думала о том, насколько стремительно развиваются события. Ее так закрутило в этом водовороте, что она даже не успела собраться с мыслями — оставалось только реагировать.
По непонятной причине ей вдруг стало тревожно. Что-то здесь не так, но что именно?
— Давайте не будем все портить в последнюю минуту, — сказала Нора Таппану, который уже отпихнул сломанный магнитометр в сторону и принялся варварски сгребать лопатой песок и швырять его в тачку. — Мы археологией занимаемся, а не клад ищем, — напомнила она.
Таппан замер, оперся на лопату и перевел дух. Кивнув, он вытер пот со лба:
— Извините. Вы правы.
— Думаю, правильнее всего будет сделать паузу и проанализировать ситуацию.
— И речи быть не может, — возразил Таппан. — Мы почти у цели. Колумб же не остановился, чуть-чуть не доплыв до Нового Света, верно?
Нору одолевали противоречивые чувства. Оглядевшись, она увидела на всех лицах нетерпение.
Загадочная магнитная активность, оставившая археологов без приборов и инструментов, исчезла так же внезапно, как и появилась, и пока не возвращалась.
— Хорошо. Но пожалуйста, давайте соблюдать правила.
— Справедливое требование.
— Нам нужен свет. Эмилио, установите прожекторы и включите генератор. А еще надо убрать из раскопа магнитометр, чтобы не мешал работать.
Таппан прислонил лопату к стенке раскопа и помог Тот перетащить устройство наверх. Подойдя к Норе, понаблюдал, как Виджил расставляет прожекторы вокруг ямы. Таппан больше ничего не говорил, однако радостное волнение окружало его, словно электрическое поле. Нора и сама испытывала целую гамму чувств: сильнейшее любопытство, опаску, предвкушение. Без всякой подготовки раскапывать то, что скрывается под землей, — это противоречит здравому смыслу. Однако Нора понимала, что Таппана теперь ничто не остановит, да и ее саму охватил азарт первооткрывателя.
— Полагаю, мы в шаге от величайшей археологической находки в истории, — тихо произнес Таппан.
В этот момент солнце опустилось за горизонт, и команда притихла. Лос-Гигантес, будто безмолвные часовые, окрасились алым в последних лучах заходящего солнца, а потом они стали темно-лиловыми.
— Готово. — Эмилио включил прожекторы, и раскоп залило ярким светом.
— Не торопитесь, — предупредила Нора. — Слой за слоем. Как только что-то обнаружите, сразу прекращайте работу. Эмилио, вывозить песок на тачке будете вы. Сосредоточимся на четырех квадратах в центре. Внешние квадраты пока трогать не будем.
В ярком сиянии прожекторов они молча взялись за работу. Слышно было только, как археологи орудуют совками, а Эмилио сгребает лопатой песок, бросает его в тачку и увозит наверх. Четыре квадратные ямы быстро набирали глубину. На бескрайнем ночном небе зажглись мириады звезд. Нора трудилась бок о бок с Тот и Таппаном и следила, чтобы они действовали методично и без спешки, аккуратно убирая мягкий сырой песок.
— Стойте! — резко скомандовала Нора.
Все замерли.
