Кирилл не проронил ни звука, пока Ника обрабатывала и заново перевязывала рану, но, когда она закончила, привлек ее к себе и шумно выдохнул:
– Без тебя было чертовски плохо.
– Не надо больше без меня, – тихо сказала Ника и обвила его шею руками.
Кирилл усадил Нику себе на колени и заглянул в глаза.
– Уверена?
Ника кивнула и улыбнулась, радуясь наполнившей ее легкости.
– С тобой… – прошептала она и сама поцеловала.
Ника боялась причинить боль, но сидеть боком было неудобно. Придерживаясь за его шею, она осторожно перекинула ногу и, прижавшись к любимому плотнее, снова поцеловала. Кирилл не возражал, он стиснул ее талию и провел рукой по спине, отчего Ника невольно выгнулась и с тихим стоном выдохнула. Одной рукой она сжимала его здоровое плечо, второй – зарывалась в жесткие волосы и ощущала все нарастающий жар.
– Ника, – прохрипел Кирилл, чуть отстранившись.
– Больно?
– Нет, – как будто даже удивился он. – Но…
– Тогда к черту все «но». Или ты передумал? – упираясь руками ему в грудь, спросила она.
Кирилл усмехнулся и стянул с нее свитер.
– Замерзну, – заметила Ника игриво.
– Замерзнуть я тебе точно не дам, – сказал он и поцеловал так волнующе, что шутливое настроение тут же пропало.
Кирилл был нежен и осторожен как в самый первый их раз, а Ника буквально задыхалась от охвативших ее чувств. Казалось, вся скопившаяся в сердце, заглушаемая сомнениями и недоверием любовь разом вырвалась на свободу и затопила ее. Их обоих. Кирилл так и не сказал самых важных слов, но в этот момент любые слова вдруг потеряли всякий смысл. Зачем признания, когда его губы и руки ласкают настолько трепетно, будто она – величайшая драгоценность в мире?
Он обжег поцелуем впадинку между ключиц, быстро расстегнул маленькие пуговки на кофте и избавил Нику от остатков одежды. Соприкоснувшись обнаженной кожей с его горячей и гладкой, Ника прижалась к любимому сильнее и поцеловала уже не нежно, а страстно и требовательно. Огонь желания стремительно бежал по венам, обостряя ощущения и пробуждая все большее нетерпение. Кирилл ответил не менее пылко и, без труда угадав ее состояние, не стал томить излишней прелюдией. Опустив Нику на прохладную простынь, он мгновение полюбовался ею, провел рукой от шеи вниз, погладил грудь и дотронулся до самого низа ее живота. Ника сжала простынь ладонями и выгнулась ему навстречу, с трудом сдерживая стон. Кирилл шире развел ее ноги и, чуть приподняв за бедра, вошел. И первое же его движение разлило по телу волну удовольствия. Застонав в голос, Ника впилась ногтями в его спину и потянула к себе, стремясь еще полнее ощутить его внутри себя.
Кирилл не спешил, даря наслаждение больше, чем стараясь его получить. А Ника горела и таяла, взлетая и падая в просторы упоительной неги. Она видела беспредельные звезды и разноцветные искры, но, когда последним, самым мощным толчком он возвел ее на пик наслаждения, ее окружили не звезды, а сплетенные воедино две волны – Света и Тьмы.
– Я не отдам тебя ей, даже если ты захочешь обратного, – прошептала она, уже засыпая.
– Пусть у тебя получится, малыш, – тихо сказал Кирилл и невесомо поцеловал ее в макушку.
Они так и появились в Луйире вместе, опутанные золотисто-черной нитью. Кирилл улыбался и не сводил с Ники глаз.
– Что такое? – смутилась она.
– Красиво, – сказал он. – Ты и вот это, – добавил он и взял Нику за руку, по которой змейкой вилась удивительная нить. Свет и тьма переплетались в ней, не нарушая целостности друг друга. На его руке красовалась точно такая же. Вернее – та самая. Одна нить на двоих.
– И что это значит? – тихо спросила Ника.
– Что мы вместе, я полагаю, – ответил он и, притянув ее к себе, поцеловал.
Радость наполняла сердце, и ноги буквально отрывались от земли, грозя унести высоко в темное небо. Нике хотелось, чтобы упоительный поцелуй никогда не кончался, но чье-то громкое сопение отвлекло их, и Кирилл, смеясь, отстранился.
– Сергей хочет тебя видеть.
– Что? – не поняла Ника.
– Стефан передал. Сергей объявил общий сбор и просит тебя заглянуть.
– А-а-а. Ну ладно. А ты?
– Найду чем заняться. И буду скучать.
– Я тоже, – улыбнулась Ника.
Кирилл исчез, а Стефан долго подозрительно принюхивался к Нике. Когда же он громко фыркнул из-за попавших в нос невесомых искорок, Ника не выдержала и рассмеялась.
– Я тоже не могу понять, что это такое, но разбираться нет времени. У нас на сегодня большие планы, так что вперед!
В гроте было многолюдно, и взгляды всех собравшихся были прикованы к Сергею, стоящему у столпа света. Появления Ники и громадного вультедорга никто не заметил.
– Да, это удача, на которую мы не рассчитывали, – говорил Сергей. – Как только столпов стало три, она появилась сама. Нам не придется создавать сеть, как планировали изначально, свет сделал это за нас. Тьме больше нет доступа в эти земли. Пленка работает подобно защитному барьеру.
– Но эти мерзкие твари по-прежнему там, – возразил Эрик.
– Думаю, они будут слабеть с каждым днем, – ответила ему Клара.