Луйир встретил их сильными порывами ветра. Начиналась настоящая буря, и вокруг было неуютно и тревожно. Хуже того, Ника явственно ощущала, как надвигается на них стена, кишащая порождениями тьмы, как смыкается она кольцом, подбираясь все ближе и ближе.
– Дхарта не сдастся без боя, – прошептала Ника, вспоминая слова призрака, и внезапно оказалась подхвачена черным вихрем.
Она не успела понять, как тот столь быстро подобрался к ней, и не успела ничего предпринять. Ее выбросило между острых темно-серых скал. Среди пузырящейся мазутной жижи она лишь чудом оказалась стоящей на большом гладком валуне.
– Что это? – хотела спросить она, но, обернувшись, не увидела Кирилла.
Отсутствие только что стоящего рядом любимого, способ перемещения и место, в которое угодила, Нике решительно не понравились, но перенестись обратно почему-то не получилось.
– Птичка в клетке – какая прелесть, – услышала она ненавистный, отдающий безумием голос. – Мы тоже так умеем, – произнес Курт и указал в небо, где серая дымка маревом растянулась между верхушек скал.
– Что тебе надо?
– Ты имеешь в виду, почему до сих пор жива? – усмехнулся Курт. – О, это ненадолго, поверь.
– Это я уже слышала, – ответила Ника холодно.
Курт рассмеялся, а потом так же резко как начал – смолк.
– Ты, птичка, как кость в горле со своими выходками. Признаю, мы и так позволили тебе слишком многое. Но мы это исправим, – сказал он, и довольная улыбка расползлась по его отвратительному лицу.
– Попробуй, – зло прошептала Ника и призвала свет. Тот послушно окружил ее, создавая несокрушимую для тьмы защиту. В этом Ника была уверена и с вызовом посмотрела в черные глаза врага.
– Красиво, – оценил Курт. – Но мне больше по вкусу иная красота. Ты пришла как раз вовремя, малышка, и будешь удостоена великой чести: одной из первой увидеть перерожденную богиню в ее новом обличье.
Рядом с Куртом появились другие люди, силуэты и неясные тени. Около десятка в черных мантиях почтительно склонили головы и запели. Не песнь, а неясный глухой гул разнесся по округе, и земля задрожала, а вязкая жижа у их ног налилась огромными пузырями. Те с противным чавканьем лопались, и на смену им появлялись все новые и новые, пока не стало казаться будто внизу кипит черная лава. А потом все внезапно стихло. В гнетущей предостерегающей тишине от поверхности жижи начало подниматься нечто, напоминающее кокон. Когда оно поднялось полностью, то лопнуло подобно мазутному пузырю и явило ту, кого Ника меньше всего ожидала увидеть.
– Эмма? – не поверила Ника и похолодела от тяжелого нечеловеческого взгляда черных, как бездонные пропасти, глаз.
– О нет, – сказал Курт и поклонился. Не Эмме, но существу, так похожему на нее.
Из-за спины чудовища вырвались длинные тошнотворно-серые щупальца и зависли подобно скользким, неспешно извивающимся змеям.
Ника не находила сил, чтобы оторвать от них взгляд, но потом произошло то, к чему она оказалась не готова вовсе.
Рядом с Эммой-Дхартой появился Кирилл. И смотрел он не на Нику, а на воплощенную Владычицу Тьмы.
– Кирилл… – прошептала Ника, и мужчина словно робот медленно повернул голову. В глазах его стояла тьма. Ни удивительной серой с темным ободком радужки, ни белков – лишь сплошная непроглядная тьма.
Ника видела, как стремительно гаснет, связывающая их с Кириллом нить, как окружает его все более густой дымкой тьма, и отчаяние наполняло ее душу.
– Сладкий, – мурлыкнула жуткая не-Эмма и повисла на плече Кирилла, вынуждая снова повернуться к ней. – Ты заставил меня так долго ждать. Убей! – прогремела она.
– Вот так сюрприз! – злорадно рассмеялся безумный Курт. – Знаешь, а ведь у него почти получилось вернуть власть. Только вот в итоге Владычица вернула себе власть над ним, – произнес он и снова расхохотался.
– Кирилл, – позвала Ника. – Только ты выбираешь. Ты решаешь, а не они!
Кирилл тряхнул головой и вновь воззрился на нее отсутствующим взглядом.
Тьма поползла от него к Нике, опутала ноги, которые тут же сковал холод. Мрак, исходящий от него, не боялся ее света, а Ника не могла сопротивляться. Не хотела. Не шевелясь и не отрывая взгляда, она смотрела ему в лицо.
– Я думала, ты сделал неправильный выбор. Думала, ты предал меня, оставил. А может, неправильный выбор сделала я? – с горечью произнесла она. – Не пошла за тобой. – Кирилл мотнул головой. – Ты ведь хотел, чтобы я разделила с тобой радость открытия, и знал, что я не приму его. Не приму тебя! Я тоже виновата.
– Я не могу противиться ее воле, – едва слышно прохрипел Кирилл. – Но не неси же ты чушь!
– Не старайся, глупышка, – протянула Эмма-Дхарта и опоясала Кирилла густой тьмой, заставив замолкнуть. – Впрочем, если ты решилась впустить меня добровольно… Я все еще готова позволить тебе это. Иди же ко мне, – сказала она и распростерла свои мерзкие щупальца в приветственном жесте.
Ника даже улыбнулась этой простой и легкой мысли: уйти во тьму вместе с ним и больше не бояться, не страдать…