– Спорим на твою дудочку, Яовая его в минуту удушит? – раздался позади меня взбудораженный голосок.
Оглянувшись, я увидел, что за мной увязалась вся деревенская детвора. Дальше околицы выйти они не осмелились, да и зачем? Владения духа начинались почти у самой деревни, и юным зрителям достаточно было только пари заключить и занять места поудобнее. Блин, а ведь если мой план провалится и придётся драпать на глазах у всей честной публики, я стыда потом не оберусь. Трусливая мыслишка промелькнула в мозгу и сразу же улетучилась. Поздно включать заднюю. К тому же, мне до крайности любопытно, что же это за лихо песчаное.
Мужественно расправив плечи, я шагнул на вражескую территорию и моментально увидел формирующийся невдалеке смерч. Не зная точно, чего ожидать от противника, и не желая давать ему лишнее время, чтобы разрастись до гигантских размеров, я сорвался с места и ринулся в бой. Подбежал к Яовае, уже успевшей достичь метров трёх в высоту, и швырнул горсть волшебной пыли прямо в неё. Воздушные потоки охотно втянули в себя все искрящиеся кристаллики до единого, смерч шарахнулся, будто от порыва встречного ветра, и стал стремительно съёживаться. Что парадоксально, при этом он не терял массу, а, напротив, втягивал в себя всё больше и больше песчинок, приобретая некие гротескные очертания. Смысла рубить эту магическую аномалию я не видел, поэтому просто швырнул ещё одну горсть порошка, так, на всякий пожарный, и отступил, ожидая, что произойдёт дальше. На несколько секунд воцарилась зловещая тишина, нарушаемая лишь песочным шелестом, и вот уже предо мной предстаёт почти сформировавшееся здоровущее насекомое из спрессованного песка. Решив оставить первый удар за собой, я выхватил Волчий укус, подскочил ближе и отсёк добрую половину крючковатой передней лапы, мгновенно осыпавшуюся горсткой жёлтого праха.
Противница не стала выяснять, кто на пляже хозяин. Резко распахнулись покрытые непонятным узором надкрылья, и жучара, чем-то напоминавшая скарабея, взмыла в воздух, оказавшись вне моей досягаемости. Азартно заверещали детишки, до этого мига следившие за схваткой в немом молчании, а Яовая заложила крутой вираж, набирая скорость снизилась и на бреющем полёте пошла на таран.
– Кист! – проорал я, перекрывая её жужжание, и попробовал увернуться, но тщетно. Яовая всё-таки умудрилась задеть меня свежеотрегенерированной конечностью.
Чёртовы рёбра! Кабы не перелом, мне хватило бы сноровки, чтобы уйти от удара, однако, в итоге, я всё равно остался в выигрыше. Сбитая с курса незаменимым подарком дриад, безотказно действующим, как на противников из плоти и крови, так и на духов с големами, летающая махина накренилась и задела одним из крыльев поверхность пляжа. Во все стороны полетели фонтаны песка, а я настиг потерявшую скорость тварь и нанёс сдвоенный горизонтальный удар, обрубая крылья.
Сообщения о потере конечностей, как и в первый раз, не последовало, но жук тяжело приземлился на все шесть лап и сдал назад, намереваясь сбить меня с ног своим корпусом. Щас! Подобных трюков я ещё у треножников навидался. Ускользнув с пути Яоваи, лихорадочно рублю лапы, чтобы окончательно лишить монстра подвижности. Для стороннего наблюдателя это выглядело бы бесплодной борьбой со стихией, но я-то видел, что при каждом акте регенерации песчаный дух теряет часть своей массы, постепенно уменьшаясь в размерах. Вновь распахнулись надкрылья. Второй старт Яоваи сопровождался криками уже всей деревни, сбежавшейся поглядеть, как воюет посланец пастыря.
В другой раз я сумел приземлить противницу только минуты через полторы, ценой, без малого, полутора сотен хитпоинтов. Пришлось отвлекаться на зелье, но и хозяйка пляжа задумалась о своём здоровье. Видимо, силы волшебной пыли недоставало, чтобы надолго удерживать её в этом «плотном» облике, чем Яовая и попыталась воспользоваться, вновь разлетевшись вихрем сухого песка. Благо, я быстро сообразил, что, в таком состоянии она не просто избегает моих атак, но и всасывает в себя новый песок, и пресёк безобразие одним броском порошка. Дальше началась битва на истощение, в ходе которой я минут десять удерживал зловредного духа в его куда менее грозной ипостаси и расчётливо отсекал от него кусок за куском.
По счастью, мне не потребовалось урезать противницу до размеров обычного скарабея. Уменьшившись, примерно, в два раза, она просто рассыпалась, оставив после себя песчаную кучку, на вершине которой лежал мутно-жёлтый камень.
