– Сантино, ты же образованный человек. Неужели не видишь, что это мероприятие уже не спасти? В конце концов, дождись окончания войны, собери новую…
– Ты ещё мне посоветуй, мальчишка! – вызверился натуралист, даже раньше, чем мне прилетело оповещение о провале проверки на убеждение. – Вся эта экспедиция организована в кредит, и если я не добьюсь цели, то потеряю единственный шанс закончить работу всей моей жизни!
– Не обязательно, – прищурился я. – Между прочим, я вхож к самому пастырю и, возможно, мог бы выхлопотать поддержку для перспективного учёного. Но, для этого мне нужно знать, о чём идёт речь, чтобы… представить всё в нужном свете.
– Так я тебе и поверил, – презрительно фыркнул старик, но неожиданно в глазах его появилось новое выражение. – Знаешь, что? Раз тебе так неймётся узнать мою тайну, оставайся здесь и защищай нас в течение… да, пожалуй, двух суток. Сам всё увидишь, а чего не поймёшь, то я, так и быть, объясню. Тебе ведь такое поручение по плечу, верно?
Ещё один неожиданный поворот. При иных обстоятельствах я бы, пожалуй, взялся за этот квест, невзирая на нашу с учёным взаимную неприязнь. Обещанные по факту выполнения восемь тысяч – это только верхушка айсберга. Что-что, а опыт в царстве аспер набивается с поистине фантастической скоростью. Всего за полдня я поднял очередной уровень, чего даже не ожидал. Да и алхимия непосредственно относится к сфере моих интересов, но… Мои размышления прервал бросок одного из носильщиков. Пока мы болтали, тот потихонечку подобрался поближе к отвлекшемуся на меня Сантино и прыгнул вперёд, сходу ухватив того за запястье руки, сжимающей свиток. Никто и опомниться не успел, как старик завалился набок, схлопотав по носу, а ловкий бунтарь завладел желанным пергаментом. Всё бы ничего, да вот беда, в падении Сантино выронил склянку с жидким огнём. Брызнувшее во все стороны пламя охватило незадачливого натуралиста, тот завопил благим матом и начал кататься из стороны в сторону в попытке сбить его.
– Зачем же так? – мрачно спросил меченый, на всякий случай кладя руку на дубинку, болтавшуюся у пояса. – Дрянь человек был, конечно, но не убивать же!
– Избавил его от страданий, – с деланным равнодушием пояснил я, вытаскивая из опалённого кармана второе боевое зелье. – И от огня, и от последующих терзаний. Сам видишь, ему без его науки житья бы не было.
– А за работу нам теперь кто заплатит, ты, что ли?
– Найдёте чем поживиться, – убедившись, что у Сантино больше не было эликсиров, зато имелась изрядная сумма денег, я махнул им рукой на труп. – И ещё. Я планирую вернуться в Ойнон одним свитком с вами, так что поторопитесь.
Поняв, что я не намерен устраивать резню, носильщики засуетились, собирая всё, ценное, что можно было с собой утащить, а я подошёл к алхимической установке. Отчасти, это был стандартный агрегат для изготовления зелий. Более того, на пяти подставках я обнаружил простые баночки с маной. Очевидно, Альбрехту иногда требовалась подпитка, чтобы удерживать стену и воевать с трепоксами, вот алхимик и обеспечивал его топливом. Остальную часть установки кто-то творчески переработал, превратив в малопонятное мне переплетение стеклянных трубок и колб, по некоторым из которых циркулировала зеленоватая жидкость.
– Что он тут делал? – обратился я к меченому, обернувшись через плечо.
– Процеживал сок этой… твари, – носильщик обвёл рукой стены оврага, покрытые живым ковром. – Маг холодом отгонял шипы, и он набирал сколько требовалось вон из той ветки.
Проследив за указательным пальцем носильщика, я увидел необычайно толстый отросток асперы, испещрённый зарубцевавшимися надрезами.
– Значит, они боятся холода?
– Пуще огня, – неохотно откликнулся собеседник. – Мы думали, мастер эти кусты убивать станет, а он просто ледяной воздух вперёд пускал, и те сами уползали, куда подальше.
– А как вы сюда всё это приволокли? – продолжал допытываться я.
– Нас шестеро было. Троих алхимик потом вернул в город свитком, он так с ними и сговорился. Чего-чего, а деньжат в это дело, и впрямь, вбухано было немеряно. Ты готов?
