Всё, отмучился. Спасибо хоть, что мгновенно, а то страшно представить, каково было бы подыхать, будучи насаженным сразу на несколько стальных пик. Или бронзовых? Киснеи обычно именно бронзе предпочтение отдавали. Не желая выслушивать новых окриков от солдат, которые почему-то не умотали в джунгли вместе с остальной армией, я вложил меч в ножны и медленно вышел из оцепления. Как же меня угораздило про призраков-то забыть? Теперь вот всего два фиала в инвентаре. Это не означало, что моя кладоискательская карьера окончится не начавшись, но к следующей вылазке надо подготовиться со всем тщанием. Сколько у меня там зелий ночного глаза? Одиннадцать. А вот с магическим порошком всё куда как хуже. Его, разве что, на десяток врагов хватит, и то если щепотками, а не горстями швыряться. В гильдию магов ночью соваться бессмысленно. Что ж мне теперь утра дожидаться? Поборовшись немного с бурлящими в груди азартом и жаждой реванша, я рассудил, что иначе просто нельзя. Не свитки же боевые расходовать, в самом деле.
– Опять ты? – удивился один из стражников у ворот.
– Опять… – пробурчал я, передавая мешок проверяющему. – А вы не знаете, служивые, где можно прямо сейчас достать волшебного порошка?
– Ты из этих, что ли? – десятник, единственный, кто позволил себе стоять в карауле без шлема, зажал пальцем левую ноздрю и шумно втянул воздух правой.
– Да нет же, мне этот нужен, как его там… искрящийся, который из кристаллов магических получают.
– За магическим – это в гильдию, – нахмурился командир. Кажется, мои слова его не слишком-то убедили. – Так что дождись рассвета, мил человек. Айк, у него там точно ничего нет?
– Только бурда какая-то, – копавшийся в моих вещах стражник с сомнением повертел в пальцах грамловскую настойку, которую я не оставил в банке исключительно потому, что она затерялась среди множества других зелий.
– Из этих, значит, – презрительно ухмыльнулся десятник. – И верно, чего ещё от вольного мага ждать?
– Ты, случаем, не из портовых? – полюбопытствовал арбалетчик, ранее хаявший жителей порта. – С этих и телепорты станется почём зря транжирить. Говорю ж…
– Мои свитки – это моё дело! Всё уже? – я вырвал из рук дотошного алебардиста свой инвентарь. – Всего хорошего!
– Притормози-ка, торчок, – на лице десятника появилось хищное выражение, и двое его людей отступили от меня на шаг, выходя на удобную для своих дрынов дистанцию. – Оскорблять стражу Хадарта, да ещё в военное время, это, пожалуй, тянет на знатный штраф. Или на суточную отсидку, как тебе больше нравится.
– Да ладно, начальник… – я внезапно вспомнил, что с моей харизмой опасно проявлять темперамент. – Ночка выдалась жуткая, да меня, к тому же, едва не прирезали. Тут уж за первый попавшийся свиток схватишься.
– Не в тот район заглянул, – понимающе кивнул он. – Случается и такое, но нашей проблемы это не отменяет. Айк, как у него там с деньжатами?
– Мне б так жить! – судя по голосу из-под шлема, проверяющего явно грела перспектива обогатиться за счёт залётного нарика.
– Ну вот, значит от пяти сотен монет ты не обеднеешь. Или идём в тюрьму?
– Не надо, – сквозь зубы процедил я, доставая деньги. Ситуация уже зашла так далеко, что вторая попытка увильнуть при помощи хитрости могла обойтись мне ещё дороже.
Чёртов ментовской беспредел! Что на Тиссане, что на Земле, всё едино. Я ведь на самом деле ничего не нарушил, и десятник это прекрасно знал. Те же грамловские настойки вообще к противозаконным веществам не относятся, а свитки взлома, за которые мне действительно могло прилететь, хранились в одной из скрытых ячеек мешка. Надо бы и предметы первой необходимости туда же переложить, чтобы в критической ситуации не копаться подолгу. Задержавшись немного, я так и сделал, отдав предпочтение зельям ночного глаза, лечилкам, свитку перемещения к Бостани и мешочку с пресловутой волшебной пылью. В трущобах она мне в любом случае не понадобится, а более подходящего места, чтобы скоротать ночь, я придумать не мог. Одним ударом убью трёх грамлов: поправлю немного свои финансовые дела, подкачаюсь и пар спущу.
Несмотря на заметно возросшее количество патрулей и атмосферу какого-то тягостного напряжения, опустившуюся на Хадарт, трущобные крысы продолжали жить своей жизнью. Не успел я толком углубиться в лабиринт кривых улочек и пованивающих нечистотами подворотен, как напоролся на трёх бандитов и двух головорезов Намиза. Придурки сперва обрадовались, однако я быстро растолковал им, кто в этом городе хищник, а кто добыча.
– Где твой босс?! – прорычал я, оседлав последнюю жертву. – Смотрящий где, спрашиваю!
