- Ничего, Мустафа, всё нормально! Я твоего сына знал совсем ещё маленьким. Не мог же я оставить его в беде. Береги сына, особенно сейчас, когда война в Афганистане стала доходить до самых дальних кишлаков. Никто не знает, сколько продлиться этот кошмар. Самое печальное, что афганцы начали воевать друг с другом. Чувствую я, долго продлится эта война. Береги сына, береги своих людей! – посоветовал Рустам.
- Для правоверного мусульманина нет ничего лучшего, как умереть с оружием в руках, в войне с неверными! – сверкнул глазами Мустафа.
- Ладно, не будем сейчас дискутировать по этому вопросу, ты ко мне друга привёз, и я хотел бы, приятно провести вечер, - спокойно сказал Рустам, видя, что Мустафе не нравятся разговоры про войну.
- Слушай, Рустам, у меня много дел и я хочу завтра утром уехать!
- Ты что? Обиделся что ли, Мустафа? – спросил Рустам.
- Нет, Рустам, я на тебя не обижаюсь. Я не могу на тебя обижаться, ты мудрый и уважаемый человек. Мне надо к моим людям. Они меня ждут, - совершенно спокойно произнёс Мустафа.
- Хорошо! Тогда скажи, во сколько подать еду для тебя и твоих спутников? Я в ресторане закажу.
- Как только светло станет, так мы и поедем.
- Ну, что ж, договорились, - сказал Рустам и опять налил виски в рюмки.
Сразу, после ужина, молодые афганцы поднялись и вышли из зала. Мустафа им что-то сказал, но Генка ничего не понял. От выпитого виски, у него кружилась голова, и он находился в состоянии лёгкой эйфории. Когда Рустам налил ещё в рюмки, Генка только отмахнулся, давая понять, что сейчас выпить не может. Рустам и Мустафа разговаривали между собой, но о чём они говорили и на каком языке, Генка не мог понять. Кое-как, осилив последнюю, налитую рюмку, он попросил Рустама показать, где он может прилечь и поспать. Рустам заботливо проводил Кулакова в отведённую для него комнату. Помог раздеться и накрыл одеялом. Генка впервые, за последние семь месяцев, спал на нормальной кровати. Расслабленный алкоголем Генкин организм, требовал хорошего отдыха. Кулаков моментально уснул и, если бы не Рустам, то проспал до обеда следующего дня. Но Рустам разбудил Генку в девять часов утра. Мустафа, со своими спутниками, давно уже уехал, так и не попрощавшись с Генкой. Рустам не стал будить Кулакова рано утром, чтобы тот проводил Мустафу в дорогу. Рустам знал, что Мустафа ещё не раз приедет в его дом, а Генка ещё не скоро покинет дом Рустама. Со временем так и получилось.
- Доброе утро! Геннадий Петрович! Хватить спать, просыпайся! Как спалось? - поинтересовался Рустам.
- Прекрасно! Давно так спокойно не спал. И голова не болит от вчерашнего виски, - с удивлением заметил Генка.
- Чего она у тебя будет болеть? Ты выпил совсем немного. Давно не пил, наверно, вот и развезло с непривычки, - улыбнулся Рустам.
- Да, действительно, уже и не помню, когда употреблял спиртные напитки. Голова не болит, а вот внутри, как-то неуютно, - пожаловался Генка.
- Это мы сейчас поправим, - и, незаметным движением руки, достал откуда-то баночку пива, - на-ка, выпей! Сразу легче станет!
- Что это?
- Пиво! Маленькая баночка холодного пива! Всего-то 0,33 литра! Я ещё вчера приготовил для тебя, чтобы утром ты поправил своё здоровье.
- Давай, попробую, - согласился Генка и одним махом выпил пиво.
- А теперь, Гена, всё своё тряпьё сложишь вот в этот мешок. Всё это выкинем. Я приготовил для тебя одежду. У нас с тобой один размер, так что проблем нет. Вот здесь, в шкафу, возьми всё, что тебе нравится и подходит. Здесь, - Рустам приоткрыл один из ящиков, - трусы, майки. Вот здесь, рубашки, а вот тут, костюмы. Всё для тебя, бери и не возражай! – Рустам поднял руку вверх, видя, как Кулаков хотел, было, отказаться от такого гостеприимства, - Иди в ванную комнату, прими ванну и побрейся. Хватит тебе ходит с мрачным видом душмана! Всё! Ты вернулся в цивилизацию!
- Я и сам хотел давно побриться, да бритвы у меня не было, а у Мустафы просить, чего-то, не хотел. А, правда! Лучше стало, после выпитого пива. У тебя, и горячая вода в доме есть? – спросил Генка.
- Конечно! Всё у меня есть, как в нормальном цивилизованном доме. Иди, иди, а я пока на счёт завтрака распоряжусь. Не забыл, где ванная? Пойдём, покажу, а то заблудишься, - и Рустам повёл Генку ванную, - так…, вот здесь бритвенные принадлежности, здесь… шампунь, вот тебе новая зубная щётка, вот паста, а здесь полотенца. Давай, приводи себя в порядок! Можешь не торопиться! Тебе часа хватит на это?
- Да, конечно, хватит, Рустам!
- Отлично! Не буду тебе мешать, - и Рустам вышел из ванной комнаты.
Кулаков не любил последнее время смотреться в зеркало. Когда он жил в кишлаке, в их комнате с Хамидом был обломок зеркала, но он в него заглядывал очень редко. Ему самому было противно свое отражение: небритое, обросшее редкой, чёрной с проседью бородой. После того, как он помылся, побрился и надел приличную одежду, на Генку из зеркала глянул совсем другой человек. Отражение имело счастливую улыбку, а седые волосы, ещё не совсем редкие, падали до самых плеч.
