Как ни велико было самообладание Рудольфа, он был всего лишь человеком. При виде бумаги он склонился вперед, приподнявшись с кресла. В результате его лицо вышло из тени портьеры, оказавшись в утреннем свете. Вытащив письмо, Ришенхайм встретился взглядом с Рассендиллом и внезапно ощутил подозрение, так как на лице, каждая черта которого повторяла лицо короля, были написаны суровая решимость и энергия, королю отнюдь не свойственные. Истина или намек на нее мелькнули у него в голове. Издав нечленораздельный возглас, он одной рукой скомкал бумагу, а другой схватился за револьвер. Но было слишком поздно. Левая рука Рудольфа стиснула его руку с письмом, а правая приставила к виску револьвер. Из-за портьеры появилась еще одна рука с револьвером, и глухой голос произнес:
– Лучше не дергайтесь, граф.
Потом из-за портьеры вышел Запт.
Не находя слов, Ришенхайм молча уставился на Рудольфа Рассендилла. Запт, не тратя времени, выхватил у графа револьвер и спрятал в карман.
– Возьмите бумагу, – обратился он к Рудольфу, угрожая Ришенхайму своим револьвером, покуда Рудольф забирал драгоценный документ. – Посмотрите, то ли это письмо. Не читайте с начала до конца – только взгляните. Все в порядке? Отлично. Теперь приставьте револьвер к его голове, пока я его обыщу. Встаньте, граф.
Они заставили Ришенхайма подняться, и Запт подверг его обыску на случай сокрытия еще одной копии или другого документа. После этого ему позволили снова сесть.
– Думаю, вы видели меня раньше, – улыбнулся Рудольф. – Кажется, я помню вас мальчиком в Штрельзау, когда был там. Теперь скажите, граф, где вы оставили вашего кузена?
В их планы входило узнать, где находится Руперт, и начать его преследование, как только удастся избавиться от Ришенхайма.
Но в этот момент раздался резкий стук в дверь. Рудольф побежал открывать, а Запт со своим револьвером занял его место. На пороге стоял Берненштейн.
– Слуга короля только что прошел мимо. Он ищет полковника Запта. Король ходил по подъездной аллее и узнал от часового о прибытии Ришенхайма. Я сказал, что вы повели графа на прогулку вокруг замка и я не знаю, где вы. Он сообщил, что король придет с минуты на минуту.
Подумав несколько секунд, Запт обратился к пленнику:
– Мы поговорим позже. Сейчас вы пойдете завтракать с королем. Мы с Берненштейном будем присутствовать. Помните: ни слова о вашей миссии и об этом господине! Видит бог, при первом же намеке или жесте я всажу вам пулю в голову, и даже тысяча королей меня не остановит. Рудольф, спрячьтесь за портьерой. В случае тревоги прыгайте через окно в ров и плывите.
– Хорошо, – кивнул Рассендилл. – Я могу прочитать письмо там.
– Сожгите его, глупец!
– Если хотите, я съем его, но не раньше, чем прочитаю.
Берненштейн заглянул снова.
– Скорее! Слуга сейчас вернется! – прошептал он.
– Берненштейн, вы слышали, что я говорил графу?
– Да.
– В таком случае, вы знаете свою роль. А теперь, господа, к королю.
– Интересно, сколько мне еще придется ждать? – послышался снаружи сердитый голос.
Рудольф Рассендилл скользнул за портьеру. Запт спрятал револьвер в карман. Ришенхайм стоял в наполовину расстегнутом жилете, опустив руки. Молодой Берненштейн, стоя на пороге, низко поклонился, сообщив, что слуга короля только что ушел и они как раз ожидали его величество.
Король вошел в комнату, бледный и с абсолютно целой бородой.
– Рад вас видеть, граф, – сказал он. – Если бы они доложили о вашем прибытии, вам бы не пришлось ждать ни минуты. Здесь очень темно, Запт. Почему бы вам не раздвинуть занавеси? – И король двинулся к портьере, за которой прятался Рудольф.
– Позвольте мне, государь. – Запт скользнул мимо короля и положил руку на портьеру. – Честно говоря, мы были так заинтересованы тем, что граф рассказывал о своих собаках…
– Совсем забыл! – воскликнул король. – Да-да, собаки! Скажите, граф…
– Прошу прощения, государь, – вмешался молодой Берненштейн, – но завтрак ждет.
– Ну, тогда мы совместим завтрак с собаками. Пойдемте, граф. – Король взял Ришенхайма под руку и добавил: – Показывайте дорогу, лейтенант, а вы, полковник, сопровождайте нас.
Они вышли. Запт стал запирать дверь снаружи.
– Зачем вы запираете дверь, полковник? – спросил король.
– В ящике стола остались кое-какие бумаги, государь.
– Но почему не запереть ящик?
– По глупости я потерял ключ.
Граф Люцау-Ришенхайм не получал удовольствия от завтрака. Он сидел напротив короля. Полковник Запт встал позади королевского стула, и Ришенхайм видел револьверное дуло, покоящееся на спинке возле правого уха его величества. Берненштейн неподвижно стоял у двери. Ришенхайм, обернувшись, встретил его весьма красноречивый взгляд.
– Вы ничего не едите, граф, – заметил король. – Надеюсь, вы не больны?
– Я немного расстроен, государь, – достаточно правдиво ответил Ришенхайм.
– Ну, расскажите мне о собаках, пока я ем, так как я проголодался.
Ришенхайм начал открывать секрет гладкой шерсти, но его речи не хватало ясности. Король проявлял нетерпение.
– Не понимаю! – сердито сказал он, отодвинув стул так быстро, что Запт отскочил и спрятал револьвер за спину.
