– Там остались мои родители! – девушка судорожно вздохнула. – И младшая сестрёнка. Вот бы увидеть их снова! Не вернуться, я не хочу возвращаться! Просто увидеть… жаль, что это невозможно… – замолчав, девушка внимательно посмотрела на Стива. – Ты меня слушаешь?
А перед остановившимся взглядом молодого воина отчётливо и страшно всплывали картины прошлого. Такого недавнего прошлого.
Они ворвались в селение Змеиный лог перед самым рассветом и, как и планировали заранее, застали его жителей совершенно врасплох. Вот мчатся они по улицам селения с победно-ликующими воплями… и горящие факелы летят прямо на тростниковые крыши хижин. А из хижин уже выскакивают полуодетые мужчины с копьями и мечами, и тут же падают наземь, сражённые меткими стрелами… и это правильно, так им и надо, это же волки, враги! И отчаянные вопли женщин, захваченных арканами и беспомощно волочащихся в пыли вслед за бешено мчащимися всадниками… многие из них совсем ещё девочки… но это тоже волчицы, и они заслужили свою участь! Так, по крайней мере, думал тогда Стив… впрочем, сам он не бросил на крыши ни единого факела, да и аркан молодого воина тоже не покинул своего привычного места у седла. А как потешались потом над новичком бывалые вояки, как предлагали ему то одну, то другую из захваченных рыдающих женщин! Но Стив от всех отказался, но не потому, что пожалел несчастных, истерзанных этих пленниц… жалости тогда не было совершенно в его сердце, была только ненависть, ненависть и огромная жажда мести ко всему волчьему племени, ненависть настолько сильная, что женщины-волчицы не нужны были юноши даже в качестве развлечения…
– О чём ты задумался?
– Что?
Очнувшись от тягостных своих воспоминаний, Стив недоуменно поднял глаза.
– Я спросила, о чём ты задумался сейчас? – повторила девушка.
– Так, ни о чём!
Там, в Змеином логе, Стив убил двух мужчин. Один из них, конный, вылетел внезапно из переулка с поднятым мечом в руке. Он выглядел опытным воином и, промедли Стив хоть мгновение, несдобровать бы ему. На своё счастье, Стив успел первым нанести удар. А потом, когда он, упоённый победой, мчался стремглав вдоль пылающей улицы, на пороге самой крайней хижины, уже объятой пламенем, возник внезапно пожилой мужчина, обнажённый до пояса, но с острым коротким копьём, вернее, дротиком, в правой руке. Мужчина заметил Стива и уже успел даже взмахнуть своим оружием, когда стрела молодого воина пронзила его грудь. Выронив дротик, мужчина ухватился обеими руками за оперение стрелы, так, словно желая выдернуть её из раны… потом он покачнулся и, медленно заваливаясь назад, исчез вновь в бушующем, гудящем пламени.
Этот мужчина вполне мог быть её отцом! Или не мог?
Жреца селения победители не тронули, на то он и жрец, но девушек его они всё же разобрали между собой, несмотря на все протесты обиженного таким произволом жреца. Протесты эти, разумеется, ни к чему не привели – младшие жрицы разделили печальную участь остальных пленниц…
И одной из них была её старшая сестрой!
Впрочем, и другая её сестра, младшая, тоже могла оказаться среди пленниц…
– Посмотри мне в глаза! – властно проговорила вдруг девушка, и Стив, смутившись, решил, было, что она каким-то таинственным образом сумела прочитать его потаённые мысли… впрочем, это было не так, девушка уже совершенно не думала о прошлом, оно, как мимолётное видение, напрочь улетело из её изменившейся памяти. – Ты ведь хочешь остаться со мной, правда?!
«Вот оно! – мысли Стива лихорадочно заметались в поисках выхода. – Сейчас последует очередное превращение и тогда…»
Выхода, действительно, не было. Подходящих стрел у них больше не осталось. Попробовать спастись бегством? Но от оборотня не убежишь!
А что, если…
Юноша осторожно покосился на меч, валявшийся совсем неподалёку. Интересно, в человеческом своём обличии оборотни так же неуязвимы для обычного оружия?
Впрочем, оружия надо было ещё достичь…
– Ты будешь жить долго, бесконечно долго! – шептала между тем девушка, почти вплотную приблизившись уже к молодому воину и даже положив нежные обнажённые свои руки ему на плечи. – И ты тоже станешь неуязвимым для всех видов оружия… почти для всех, – тут же поправилась девушка. – И этот лес уже не покажется тебе чужим и зловещим, он будет прекрасным, он станет для тебя прекраснее и притягательнее даже того неизвестного заоблачного мира, куда все вы так стремитесь попасть в конце краткой своей жизни! А ты переживёшь всех своих сверстников, и всех детей своих сверстников, и даже их внуков… и я всегда буду рядом с тобой, такая же красивая и молодая! А хочешь, мы вообще не будем принимать тот, другой облик… ну, разве что, для насыщения… ведь это зависит от нас самих, и только от нас…
