Тамир посмотрел на неё удивлённо:
- Ничего. А что у нас могло приключиться?
Она развела руками:
- Не знаю, просто он тебя чурается...
На это Тамир ответил с усмешкой:
- Он зверь. Он чует.
Собеседница не поняла:
- Что чует?
- Опасность.
Лесана посмотрела внимательно в тёмные глаза колдуна и сказала:
- Или ты мне всё объяснишь, или завтра же мы возвращаемся обратно в Крепость.
Тамир моргнул и ответил растерянно:
- Не могу сказать. Я бы рад, но он не даёт.
Обережница вспылила:
- Да что же такое-то! Кто "он"?
- Так Каженник, - донёсся хриплый голос Люта из-за спины наузника. - Верно?
Колдун удивленно оглянулся, а оборотень продолжил, незаметно пятясь:
- Ты попался, Охотник. Он никого не отпускает. Не знаю, как с людьми, а, будь ты Ходящим, уже бы лишился ума и переярился. У нас таких сразу убивают. Если успевают.
Лесана переводила растерянный взгляд с обережника на волколака и обратно.
- Каженник - это тот, про которого ты нам говорил? - спросила девушка, припоминая рассказ о злом неприкаянном духе, который блуждает по лесу и которого Ходящие боятся так же, как люди боятся Встрешника.
- Он самый, - кивнул Лют, а обережница заметила, что он старается обойти Тамира по крутой дуге. - Бродит по чаще. Если встречает оборотня или кровососа, касается и лишает рассудка. Осенённым, говорят, жилу затворяет. А простых делает безумными, вселяет в душу злобу и голод.
- Нет у таких, как ты, души, волк, - сказал в ответ на это Тамир.
Он уже отвернулся от оборотня и теперь неотрывно глядел Лесане в глаза.
Тёмная страшная воля лилась из его зрачков, отнимала у собеседницы силы.
- Вы несёте смерть и страдание, - колдун говорил с оборотнем, а сам не отрывал взора от девушки.
У той отнялись ноги. Несчастная попыталась было поднять руку, чтобы оттолкнуть мужчину, но не смогла шевельнуться. Разорвать же взгляды было выше её сил. В груди разливался холод... А затем всё прекратилось, потому что Лют одним прыжком преодолел разделяющее его и Тамира расстояние и обрушил кулак обережнику в основание шеи.
Тот рухнул, как подкошенный. А волколак шагнул к Лесане, незряче вытянув руки. Девушка шумно вздохнула, словно вынырнула на поверхность с большой глубины. Мир снова обрёл краски, силы вернулись.
- Я думал, у тебя сердце грудину проломит, - признался оборотень и в тот же миг скорчился на полу, рядом с Тамиром, цепляясь побелевшими пальцами за ошейник. Наговоренный науз отозвался за учиненную человеку обиду. Лют хрипел, и глаза у него закатывались от боли.
Обережница во время просунула ладонь в зазор между кожаным ремнем и шеей волколака. Что-то сказала и хватка колдовства ослабла. Оборотень сел, хватая ртом воздух, а его спасительница уже склонилась над колдуном.
Тот был ледяной и едва дышал.
- Ехать с ним дальше опасно. Надо возвращаться, - сказал Лют.
- Не можем мы вернуться, - ответила девушка, щупая шею наузника, чтобы отыскать слабо бьющийся живчик. - Глава поручение дал. Выполнить надо. А одного не отпустишь.
Оборотень хмыкнул:
- Он не в себе. Ты понимаешь? Безумный. Это больше не человек. Это... тело, одержимое злобной нежитью.
Лесана взяла бледную ладонь колдуна и посмотрела на змеящиеся под кожей серебристые линии. Рука была холодной. Девушка подумала о том, какое счастье, что сторожевиков сейчас нет в избе, и никто не видит происходящего.
Лют стоял рядом на коленях:
- Он опасен.
- Ты тоже, - ответила Лесана.
- Это другое... Я - живой. Меня можно убить. А его...
- Убить можно любого, - спокойно сказала обережница. - Нужно лишь знать - как.
- Вот именно. А ты не знаешь.
Она пропустила это замечание мимо ушей:
- Тамир... - девушка позвала, не надеясь, что дождется ответа, однако колдун с трудом открыл глаза и посмотрел на неё.
- Что нам теперь делать? - спросила она. - Как быть?
Вместо ответа он потянулся к висящим на поясе ножнам. Лесана перехватила руку, но мужчина высвободился и сказал хрипло:
- Не мешай, пока могу...
Обережница с удивлением смотрела, как он рванул ворот рубахи и, не дрогнув, вычертил на груди кривую резу. Такие резы колдуны наносили на ворота и брёвна тына, защищая поселения.
- Всё...
Тамир обессилено откинулся на пол. Кривые линии на рассечённой коже исходили кровью и мерцали угасающим голубым огнём. Лют, скорчился на скамье, уткнувшись лицом в брошенный там полушубок, и трясся. Лесана выругалась, схватила волколака за шиворот и выволокла из избы на воздух:
- Дыши глубже, ну!
Он принялся яростно втягивать воздух, чтобы хоть как-то успокоиться.
- Вот же морока мне с вами! - девушка устало привалилась к двери. - Один, чуть что, трясётся и разум теряет, второй - мертвец ходячий. Как вы мне оба надоели!
* * *
Однажды он открыл глаза и увидел над собой что-то огромное, серое.
Здоровенный зверь возвышался над человеком, переступив через бесчувственное тело. Мягкое брюхо нависло совсем близко - только руку протяни.
