Оказалось, что цирюльников здесь было двое. Когда вышел Аксель, его тоже привели сюда, однако посмотрев на него, второй покивал и скомандовал отпустить нашего мага, поэтому стул занял Ален. Аю посадили перед нами и долго думали, что делать, ведь у нее волосы были всего на пару сантиметров длиннее, чем у Алена, стригущегося под ёжика. Кое-что придумали. Начали собирать волосы, закручивать их и собрали таким образом какой-то кактус у нее на голове, но ей самой очень понравилось, посмеялась с нами.
Всю грязную одежду унесли и отстирали, развесили неподалеку от ванн. Вернувшись в комнату, попадали подремать до вечера. Ночью все проверили, нашли еще пару орбитов, извели с десяток-другой гиштов, удостоверились, что тут все в порядке, вернулись в комнату и с чувством выполненного долга уснули до утра.
Утром проинформировали Эссисьера о том, что все готово и ночью было без инцидентов, однако порекомендовали ближайший месяц ночным стражам ходить в прочной коже, а днем рабочим обязательно закрывать шею. Человек, стоявший рядом с Эссисьером, все записал и ушел, а сам хозяин винодельни проводил нас до своего кабинета, где лежала наша плата.
Перед прощанием, Эссисьер протянул нам свиток.
– Обязательно приходите в гости. – Сказал он довольным голосом и повернулся к Мари. – Особенно вы, обязательно приходите, такого ценителя вина в такой юной особе, признаюсь ни разу не видел. Только заранее предупредите, я позову и своих знакомых, вы берите своих, с удовольствием увижу вас здесь вновь.
На этой счастливой ноте мы попрощались и пошли обратно в серый Амен-Харат.
– Что это? – Спросил Шизо Акселя, пока мы шли в город.
– Приглашение. – Ответил он и показал нам развернутый красиво украшенный свиток. – Такое имеет право выдать только очень влиятельный человек. Мы должны будем предупредить Эссисьера, что хотим наведаться в гости, а он, соответственно, предупредит стражу, чтобы не было заминок и нас сразу впустили на территорию княжества.
– Занятно. – Кивнул Шизо.
Разделив золото в особняке, мы отправились погулять по Ктангарзу. Сегодня и завтра дни призыва Отанны, и Шизо, вместе с вызвавшейся помочь Мари, пошел к ювелирным лавкам, выбирать подношение к ее алтарю. Мы же решили перекусить чего-нибудь и посидеть в сквере.
Мы с Мари прошли сразу несколько лавок, пока не дошли до магазинчика рядом с восточными воротами.
– Ты мне так и не объяснил, чего мы ищем? – Дернула меня за руку Мари. – Хоть опиши, как должно выглядеть украшение.
Я почесал затылок, оглядывая прилавки.
– Цепочка, желательно длинная, без медальонов и типа того, просто цепочка, но, чтобы она сама была украшена чем-нибудь эдаким. – Ответил я, продолжая смотреть ассортимент.
– Дарьке такое не идет… у тебя появилась девушка? – Спросила Мари и повисла у меня на плече. – Кто такая, почему не познакомил нас с ней?
Я посмотрел на нее как на умалишенную и она, сразу все поняв, отпрянула и принялась бегать глазами по всевозможным цепочкам.
– И все-таки, для кого? – Настаивала она. – Такое пойдет далеко не каждому.
Я повернулся к ней, сделав на лице что-то вроде выражения “действительно ли тебе нужно это знать”, и когда понял, что она не отвяжется, вздохнул и ответил:
– Для подношения. – Ответил я.
– Подношения? – Она была удивлена настолько, насколько это возможно. – Тяжело представить тебя в храме.
Я пожал плечами и улыбнулся, кивком велел ей помогать с поисками.
В этом магазинчике я все-таки нашел то, что искал: длинная серебряная цепочка, которую накручивают на запястье. В звенья, через одно, были инкрустированы крошечные кусочки янтаря, выглядело вполне достойно. Так что я подозвал продавца, чтобы тот достал для меня ее, а сам отсчитал пластинки.
Собравшись вместе, мы попрощались с Аленом и Аю, проводили до портала Мари и втроем пошли к храму. Пройдя по дороге от мэрии на юг, к городской стене, мы вышли к храму всех богов, широкий купол которого возвышался над стеной. Вошли внутрь, где нас приветливо встретил один из священников.
Оставив друзей на наземном этаже, где они могли поглазеть на портреты выдающихся личностей, служивших в этом храме, пошел к лифтам.
Спустился вниз и пройдя вперед вошел в комнатку Отанны. Здесь почти ничего не изменилось за полгода: символ Отанны на стене прямо перед лицом, жесткая подушечка, чтобы встать на нее коленями, небольшой алтарь под символом, на котором висят несколько коротких чугунных цепей и маленьких серебряных цепочек – эти положены здесь молодыми парами, ибо многие предпочитают связывать себя узами брака именно здесь.
Говорят, что скоро будет реконструкция всех храмов в Амен-Харате, давно пора.
Уронив себя на жесткую подушечку, поднял взгляд на символ Отанны на стене, положил руки на алтарь и вздохнул.
Я смотрел на очищенные до зеркального блеска канделябры под самым потолком, что образовывали собой круг под куполом храма. Их было двадцать четыре, согласно списку богов архонтского пантеона. Здесь, конечно, присутствуют святилища всех двухсот семи известных богов, но пантеон – есть пантеон.
