Ни капли от этого не полегчало. Я ощупала бедра и чуть не взвыла от разочарования: ниже пояса тоже не было ни намека на белье.
Черт, я столько всего «интересного» проспала!
– Мама дорогая, как так вышло?
– Надо выяснить. Ты не против, если я раздвину шторы? Разговоры в темноте меня всегда напрягают.
Не назвала бы темноту в комнате кромешной, но возражать не стала. Если это поможет хоть кому-то из нас двоих лучше соображать, то пусть.
Догадываясь, что и Бреннан не может похвастаться наличием одежды, я накрылась одеялом с головой. В полном мраке и духоте пульс невыносимо давил на голову. А чего я так разнервничалась? Подумаешь, мой приятель ходит по комнате голый, что я, совсем, что ли, неискушенная в этом вопросе?
Да! Одно дело фильмы с пометкой «18+» и горячие картинки, которыми мои подружки забивают ленты в соцсетях, и совершенно другое – настоящий парень под моим одеялом!
Шуршание штор. Эй, у меня окно с другой стороны! И оно у меня одно!
Любопытство вынудило меня высунуться из укрытия. Так и есть. Это не моя комната. Мы проснулись в спальне, украшенной в морском стиле. Светильники были выполнены в виде кораллов, а люстра в прошлой жизни была раковиной огромного моллюска.
– Я начну с хорошей новости, – безрадостно выдал Бреннан.
– А может, лучше с плохой?
– После плохой ты не захочешь узнать хорошую.
– Раз так, мне не надо никаких новостей.
– Здесь наша одежда.
– Отлично! Что ж ты раньше молчал?! Ой, прости. Давай уже плохую новость. Чтобы переварить ее до завтрака и начать день на позитиве.
– Юна.
По телу побежали мурашки. Волнующие и необъяснимо сладостные.
А сердцем я уловила в его голосе грусть, граничащую с отчаянием.
– Ты девственница?
Пришибленная вопросом, я потерянно уставилась на его примятую половину постели.
– Да. Надеюсь.
И прислушалась к своему телу. Ничего не ноет, ничего не болит. Или я от шока ничего не чувствую?
– Между нами ничего не было, – спокойно, словно приручал дикое животное, сказал Бреннан. – Поверь, я не пытаюсь тебя успокоить. Если бы мы провели бурную ночь, мы бы под утро не спали, как чинные супруги. Не знаю, стоит ли быть таким откровенным с тобой…
– Договаривай уже. Я девушка воспитанная, но ко всему подготовленная.
– Чудно. Понимаешь, если бы мы тут резвились, подушки валялись бы в разных концах кровати, а может, и на полу. Ведьмаки от природы очень любвеобильные. Тебя это не пугает? Да можешь повернуться ко мне, я почти оделся.
Просить дважды не пришлось. Я села, прижимая к груди одеяло.
– А почему это должно меня пугать? Ты что, каждое полнолуние превращаешься в сексуального маньяка?
Бреннан провел руками по волосам. Нерасчесанные пряди так и норовили вылезти за уши.
– Это Комната с раковинами. Спальня, с которой никак нельзя снять давнее заклятие.
И без дополнительных пояснений до меня дошло, что дело приняло крайне скверный оборот. Если не изменяет память, именно Комнату с раковинами предлагал ректор в качестве моего наказания в первый день, но Бреннан посчитал, что оторвать от меня душу будет более гуманно.
Здесь живут чудовища? Мы чем-то заболеем?
Наверное, у меня был слишком испуганный вид, потому что мой друг по несчастью поспешил выправить ситуацию.
– Не волнуйся, это не так страшно, как встреча с боуги. Но есть нюансы. Это заклятие Полог девы. Ловушка, из которой человек может выйти только при условии, что он не девственник.
Я откинулась на подушку и вперила взгляд в перламутровую люстру-раковину.
С каждым мгновением воспоминания о последней встрече с ректором становились все отчетливей.
Он спас меня от чудища из подвала. А потом вдруг заговорил про мое замужество. Бред полный.
И то самое кольцо никуда не делось. Камни медленно, как будто сонно поблескивали. Просто шикарно – без трусов, зато с брюликами.
– Юна, ты как?
Я слишком нервно дернула голыми плечами.
– Да ничего. Только немножко злюсь и хочу убивать.
– Я не могу тебя винить, даже если ты злишься на меня. Я давно понял, чья это проделка.
– А тебя он сюда забросил как возможный ключ к моему спасению. Очень мило с его стороны. Предусмотрительно.
Бреннан неспешно завязал шнурки на ботинках. Подошел к зеркалу в раме с ракушками и жемчужинами, чтобы поправить и без того безукоризненный воротничок.
Это можно было расценить однозначно.
Забыв о стеснении, я выскользнула из-под одеяла и бесшумно подошла к нему. В зеркале по-прежнему отражался он один, но, судя по вздоху и скорбно закрытым глазам, понимал, что я стою у него за спиной.
– Ты не собираешься этого делать, – сказала я.
– Я не хочу это делать снова.
– Снова?
Он кивнул, так и не обернувшись ко мне.
– Много лет назад Джоандра наложила заклятие на эту комнату. Тогда она была импульсивной ведьмой, желающей во что бы то ни стало достигать своих целей. Она долго добивалась моего внимания, практически с первого дня появления в академии. Амбициозная, достойная ученица, а как человек совершенно несносная. Джоандра преследовала меня всюду. Делала гадости девушкам, которые имели неосторожность улыбнуться мне. Спустя два года бесполезных попыток завоевать меня она заманила меня сюда. И мы оба оказались в ловушке.
