Из-за этого проступка Дима стыдился заговорить с Леной. Теперь же она, несмотря ни на что, сама звонит, да еще и сама предлагает встретиться!..
– Давай, в кафе?..
– Нет. Давай, у меня… Как тебе такое место встречи?
– Очень хорошее место встречи. – Выпалил Дима, блуждая осоловелыми глазами по двору. – Очень замечательное место!
– Ну, заходи.
Только Дмитрий сделал несколько шагов, как телефон его снова заиграл. По мелодии он узнал, что это звонит Лариса. Ламбада поиграла с минуту и заглохла. Через минуты две – когда Дмитрий уже любовался на дом, в котором живет его возлюбленная, ламбада заиграла во второй раз. Со словами: “Несчастная чертовка!” он полез в карман за мобильником.
– Да, Лариса…
– Добрый день. Как жизнь, молодая?
Такой вопрос – точь-в-точь – уже задавала Лена… Что это?.. Шутка дьявола? К черту этого дьявола! Надо прекратить отношения с этой чертовкой! Никаких отношений нет?.. Да, вообще-то, ничего серьезного нет… Но есть что-то вроде плутонической любви… Но надо и это прекратить! К чёртовой матери!
– Нормально. Как твое жиццё, молодуха?
– Живу потихоньку. Что делаешь?
– Ничего.
– Забегай ко мне…
Это тоже очень странно… Обычно Лариса снисходительно позволяла придти к ней в гости, когда он звонил ей и долго выговаривал нечто вроде пассивного признания в любви, а сейчас сама назначает встречу… Наверняка эта встреча уже не закончится непринужденным разговором на кухне за чашечкой кофе и пирожными…
Когда женщина проявляет инициативу – она сама, имея подсознательную связь с бесом, сложит все так, чтобы вышло прелюбодеяние. Эту истину Дмитрий узнал, наблюдая за своей матерью.
– Не могу, Лара… Не сегодня…
– Не сегодня… – с придыханием повторил голос Ларисы. – А когда же?
– Никогда, Лариса.
– Во как… – Женщина ответила не сразу, и по ее голосу было понятно, что она удивлена.
– Во как! – пробурчал Дима – уже сам себе, и, сбросив связь, убрал телефон в карман.
Набрав на табло нужную комбинацию цифр, Дмитрий услышал голос Лены: “Заходи, хорошенький…” Войдя в дом, он, как ошпаренный, понесся вверх по лестнице. Добежав до нужной квартиры, он нажал на звонок. Дверь тут же открылась и перед его глазами предстала юная леди в полосатом халатике, с длинными распущенными волосами, влажными на концах.
“Волосы влажные, – подумал Дима, входя в кухню, – значит, принимала душ… Для меня, что ли?..”
Посмотрев на ее миниатюрные ступни, облаченные в пушистые тапки-босоножки на больших резиновых платформах, Дмитрий, к своему неудовольствию, заметил, что ногти на ее ногах выкрашены ядовитым красно-фиолетовым цветом. Он считал подобные украшения чем-то безвкусным и вульгарным.
– Лена, – Нерешительно промолвил Дима. – Я не звонил долго… Мне было стыдно перед тобой…
– Садись, стыдливый мальчик.
Лена выдвинула стул. Парень сел за стол.
– Ты будешь чай, или кофе? – Девушка с улыбкой посмотрела на своего ухажера и, выдержав короткую паузу, вкрадчиво произнесла: – Или молоко?
– Кофе. – Серьезно ответил Дима, не понимая смысла последнего вопроса.
Разлив кофе по чашкам, девушка присела напротив юноши.
Она сидела, закинув ногу на ногу, опершись локтем о стол. Дмитрий неторопливо пил кофе. Лена отпила немного из своей чашки. Потом она долго сидела, поигрывая тоненькой сигаретой, безразлично глядя на своего ухажёра. Когда парень допил кофе, она сладко зевнула, и сказала: – Ты, наверное, устал… Спать хочешь…
– Вообще-то, да, – не сразу ответил Дмитрий.
– Я тоже, хоть ничего тяжелого не делала… Пойдём, отдохнём…
Лена взяла Диму за руку и повлекла за собой.
Они зашли в спальню. Лена сняла халатик, оставшись в чём мать родила, и, беспечно улыбнувшись своему закадычному другу, который, поджав плечи, удивлённо пялился на неё, сказала: – Раздевайся. Чувствуй себя, как дома…
Не выдержав озорного взгляда улыбающейся девушки, Дмитрий отвернулся, в задумчивости почесал щеку. После недолгого раздумья он резко повернулся, и круглыми глазами смотрел на свою возлюбленную, которая вальяжно шла к кровати. Парень ел белокурую красавицу взглядом, пока та не легла на кровать и не укрылась одеялом. Быстро сняв рубашку, Дима блуждающими руками начал расстёгивать неподдающийся ремень джинсов. При этом он был весь красный, безумный взгляд пытался сосредоточиться на молодой женщине, полуприкрытой разноцветным одеялом.
